Институт демографии Национального исследовательского университета "Высшая школа экономики"

№ 885 - 886
1 - 24 января 2021

ISSN 1726-2887

первая полоса

содержание номера

архив

читальный зал приложения обратная связь доска объявлений

поиск

Оглавление Невосполнимая утрата и скорбь
Невосполнимая утрата и скорбь

Некрологи

Официальные соболезнования

Слова памяти

Ученики и студенты


Понравилась статья? Поделитесь с друзьями:


Google
Web demoscope.ru

Слова памяти

Мне посчастливилось работать и близко общаться с Анатолием Григорьевичем с 1988 г. (когда он сначала оппонировал на защите моей диссертации, а затем пригласил меня работать у себя в Центре демографии и экологии человека - ЦДЭЧ), где я и работал до моего перехода в Институт Макса Планка. Чтение его «Демографической революции», вышедшей в 1976 г., стало для меня одним из самых сильных научных впечатлений, а работа в состав ЦДЭЧ - огромной удачей. Благодаря Анатолию Григорьевичу, в ЦДЭЧ царили вдохновляющая атмосфера свободного научного творчества, интересные дискуссии и креативность, а также строгая ответственность каждого за свой участок и много-много работы, которая почти никогда не прерывалась, невзирая на выходные ни праздники.

Анатолий Григорьевич был инициатором и главным мотором всего этого. Его работоспособность и научная продуктивность были неимоверными. Он все время придумывал что-то новое. Так появились важные научные и научно-популярные проекты, которым была суждена долгая жизнь и без которых невозможно сегодня представить российскую демографию и социальные науки. Это – ежегодные доклады демографического мониторинга «Население России», популярный Интернет-еженедельник «Демоскоп», серии бюллетеней «Население и общество», научный рецензируемый журнал «Демографическое обозрение» и ряд коллективных монографий. В 2007 году Анатолий Григорьевич организовал в Высшей школе экономики (ВШЭ) Институт демографии.

Вклад Анатолия Григорьевича в демографическую науку огромен и многообразен. Он – автор важнейших научных статей и книг и участник многочисленных экспертиз, касавшихся оценок и решений по населению СССР и России. Он оказал как личное огромное влияние на социальную науку в России и за ее пределами, так и через своих учеников. Одно из центральных мест в научной работе и творчестве Анатолия Григорьевича занимал научный синтез. Он, как никто другой, умел выстроить из многих разрозненных фактов и частных статистических связей стройную систему знаний - теорию, дающую не только понимание прошлого, но и возможность предсказания будущих демографических и социальных событий и изменений. Таковы книги «Демографическая революция» и «Воспроизводство населения и общество». В книге «Серп и рубль» Анатолий Григорьевич поставил задачу объяснения особого исторического пути России и блестяще ее решил, сочетая строгую научную аргументацию с, так характерной для него, необычайно интересной и увлекательной формой.

Анатолий Григорьевич был человеком глубокой интеллигентности, эрудитом с обширными знаниями по многим наукам, в том числе истории и философии, а также литературе. О его глубоком литературном таланте говорят романы «Перехваченные письма» и «Жизнеописание Петра Степановича К.» (шорт-лист премии «Русский Букер»).

Анатолий Григорьевич был человеком, начисто лишенным помпы. В спорах он никогда не «давил на авторитет», а убеждал. Он был мощным адептом и пропагандистом научного подхода ко всему. В рамках этого подхода каждое существующее в населении и обществе явление или процесс должно, прежде всего, подвергаться строгому научному анализу, исходя из данных, фактов и методов доказательного анализа. Он не уставал терпеливо объяснять и популяризировать научно-обоснованное знание в газетах, на телевидении, радио и других средствах массовой информации. Благодаря этой огромной работе, его тихий и интеллигентный, но всегда уверенный и непреклонный голос будет долго звучать не только для нас, но и для последующих поколений. Важность просветительской работы Анатолия Григорьевича стала особенно очевидной в последние годы, когда стал стремительно разрастаться информационный шум и фейки на демографические темы. Именно этой тенденции, порождаемой кажущейся очевидностью (т.н. «здравым смыслом») и различными манипуляциями в медиапространстве, противостоял голос научной правды Анатолия Григорьевича.

В 90-х и в последние годы, после образования в ВШЭ Международной лаборатории Исследований населения и здоровья, мы о многом спорили с Анатолием Григорьевичем. Каждый наш с ним разговор был интересным и поучительным. К сожалению, договорить и доспорить так и не удалось…

Анатолий Григорьевич был и остается для всех нас образцом отношения к своему здоровью, он был в отличной физической форме, намного моложе своего паспортного возраста, обладал характеристиками, свойственными долгожителям. Помешал коронавирус…

Прощайте, дорогой Анатолий Григорьевич. Светлая Вам память…

Глубокие соболезнования Марине Ивановне, детям Татьяне и Александру и всей большой семье Вишневских.

Владимир М. Школьников,
Научный сотрудник Лаборатории демографических данных Института демографических исследований Общества Макса Планка,
Научный руководитель Международной лаборатории исследований населения и здоровья ВШЭ


15 января 2021 года на 86-м году жизни скончался директор Института демографии Высшей школы экономики Анатолий Григорьевич Вишневский.

Он был одним из самых авторитетных специалистов по демографии в России (а до этого – в СССР), и, безусловно – наиболее известным для мирового научного сообщества среди всех отечественных демографов.

А.Г. Вишневский очень много сделал как ученый-исследователь, как основатель и директор Института демографии Высшей школы экономики, как автор многих книг и статей по проблемам народонаселения. Его научные интересы выходили далеко за рамки классической демографии, он всегда рассматривал население как одну из подсистем общества, которая зависит от социальных, экономических, биологических и экологических факторов. Он же часто выступал в ведущих российских СМИ, благодаря чему широкие массы населения многое узнали о демографических проблемах страны и мира.

Никто не сделал так много, как он, для того, чтобы ознакомить российских ученых, студентов, аспирантов и других людей, интересующихся проблемами населения, с достижениями мировой науки в изучении закономерностей демографических процессов. Отечественные ученые, причем, разумеется, не только демографы, обычно знакомятся с работами иностранных коллег, изданными на английском языке, даже если их авторы не являются жителями США, Великобритании и других англоязычных стран. А.Г. Вишневский часто ссылался в своих работах на труды американских и британских ученых, но еще чаще – на французских. Он блестяще владел французским языком. Во Франции раньше, чем где бы то ни было в мире, еще в конце XIX века, уровень рождаемости в мирное время упал ниже уровня смертности и началась естественная убыль населения. Французские демографы назвали это депопуляцией. Теперь это слово понятно нашим соотечественникам без перевода. Депопуляция сильно обеспокоила не только ученых, но и многих общественных и политических деятелей, что стимулировало развитие демографических исследований. Во многом благодаря именно А.Г. Вишневскому отечественное научное сообщество ознакомилось с мировым опытом в изучении и в попытках решения демографических проблем, причем не только по англоязычным, но и по менее известным, но не менее интересным франкоязычным источникам.

В научном журнале Демоскоп Weekly, издаваемом два раз в месяц на сайте Института демографии Высшей школы экономики, а также в научном-интернет журнале «Демографическое обозрение», который четыре раза в год выходит в свет на этом же сайте, опубликовано множество работ не только отечественных, но и зарубежных авторов в переводах с английского, французского и других языков. Мнения этих авторов далеко не всегда совпадают с мнением А.Г. Вишневского, который был главным редактором обоих этих журналов. В Демоскоп Weekly публиковались и наши статьи, хотя по многим вопросам мы с ним неоднократно полемизировали на протяжении нескольких десятилетий.

Последняя такая дискуссия на тему "Демографическая саморегуляция и низкая рождаемость" между нами состоялась совсем недавно – 13 ноября 2020 года на совместном заседании Демографической секции Центрального Дома Ученых РАН и Научного семинара Института демографии НИУ ВШЭ «Демографические вызовы XXI века». Заседание проходило в онлайн формате. В нем приняло участие более 100 человек. В ходе полемики стороны смогли, с полным уважением друг к другу, аргументированно представить свои позиции и намерены были продолжать дискуссию, которая теперь, к великому сожалению, останется незавершенной.

В лице Анатолия Григорьевича демография понесла огромную, невосполнимую утрату. Последней его книгой был курс лекций «Демографическая история и демографическая теория», вышедший в свет в 2019 году. Имя этого крупнейшего ученого – исследователя и теоретика, труды которого понятны не только узким специалистам, но и широкому кругу читателей, навсегда останется в анналах истории демографической науки.

От имени преподавателей и сотрудников кафедры социологии семьи и демографии социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова выражаем глубокое соболезнование родным и близким Анатолия Григорьевича Вишневского.

А.И. Антонов, Заведующий кафедрой социологии семьи и демографии,
доктор философских наук

А.Б. Синельников, Профессор кафедры социологии семьи и демографии,
доктор социологических наук


Приключения в стране незавершенной модернизации. Памяти Анатолия Григорьевича Вишневского

Выдающийся российский демограф, а точнее сказать, социальный мыслитель Анатолий Вишневский родился в 1935 г. Именно в этом году Сталин произнес: «Жить стало лучше, товарищи, жить стало веселее». Анатолий Григорьевич посвятил свою жизнь изучению российской и мировой демографии, но не только — он изучал проблемы модернизации, сталинской в том числе. И неизменно отмечал базовую проблему России — ее недомодернизированность — и в эпидемиологическом и демографическом смысле тоже. Изучал и неизбывное же противоречие между модернизационными целями советских и российских правительств и консервативными способами их достижения. Из-за чего эти самые цели и не достигались.

Вишневский превратил свои гуманитарные изыскания в точную науку. И лишь с иронией, а иногда с интеллигентно подавляемым раздражением говорил о нереализуемых — просто в силу наличия демографических и социальных законов — планах российского начальства. Как можно биться за увеличение рождаемости в стране, которая уже испытала демографический переход и присоединилась к другой цивилизации — цивилизации низкой рождаемости? Как можно насаждать традиционные ценности в обществе, где существуют возможности для индивидуальных жизненных траекторий («плюрализм индивидуальных жизненных путей», по определению Анатолия Григорьевича)? То есть насаждать можно, но результата в итоге не будет. Традиционализм — это упрощение. А упрощение сложной среды, говорил Вишневский, — это контрмодернизация. Собственно, к этому в результате российское начальство и пришло — оно перестало думать о модернизации и даже говорить о ней. Россия идет по пути контрмодернизации, лишь подтверждая вывод Вишневского о незавершенной модернизации, говоря словами Энгельса, «семьи, частной собственности и государства».

Анатолий Григорьевич отмечал и недомодернизированность российской смертности: мы умирает не от того, от чего умирают люди в модернизированных обществах, и не так, как они (про жизнь и говорить нечего, но способ умирать — это продолжение способа жить). Великий демограф Вишневский умер на 86 году жизни, он внес огромный, мирового масштаба и уровня вклад в изучение смертности, но смерть и Вишневский — это всегда были разнонаправленные понятия. Профессор Евгений Ясин как-то сказал Анатолию Григорьевичу, почти ровеснику: «завидую вашей молодости», — и погладил по плечу, как это умеет делать только Евгений Григорьевич, когда разговаривает с людьми много младше его. Я как-то пожаловался профессору Вишневскому, что в последнее время исчезло понятие уикенда — и работа продолжается в выходные, и люди не стесняются звонить и беспокоить. На что он, усмехнувшись, заметил: «Да у меня уже давно так, я уже не различаю рабочие и выходные дни». Было это года два назад, Анатолию Григорьевичу было далеко за 80. Минувшим летом мы обсуждали смертность при коронавирусе, в показателях которой много загадок, и это было совершенно не про него, а про других людей. И надо же было такому случиться, что ковид не пожалел своего исследователя…

Физическая и интеллектуальная молодость профессора Вишневского была поразительной. В его движениях не наблюдалось ничего стариковского, это была пластика молодого человека. Поэтому и весть о кончине Анатолия Григорьевича казалась абсурдной и оказалась шоковой. Его организм и мозг были рассчитаны на больший срок, чем он отмерил своему литературному герою Петру Степановичу К. — а тот прожил 95 лет. Да, литературному, потому что Анатолий Вишневский был великолепным русским писателем. Настоящим — знающим жизнь и способным в письме к самоиронии. «Жизнеописание Петра Степановича К.» — это беллетризованная история российского и советского XX века. Демографу было мало научных средств — он описал век средствами литературы, в биографии агронома, родившегося в конце XIX века и дожившего до времен перестройки. Это — трагикомедия. По-научному точная и лирическая по эмоции. И беспонтовая, отчего и не замеченная нашей аррогантной фестивальной литературной тусовкой.

Главный труд Анатолия Вишневского — не демографический. Это книга «Серп и рубль», имеющая подзаголовок «Консервативная модернизация в СССР». В российской научной и в то же время популярной литературе, написанной не на нарочито научном или квазинаучном диалекте, скрывающем пустоту мысли, а на нормативном русском языке, ее можно поставить только рядом с «Долгим временем» Егора Гайдара. Больше за последние тридцать лет наша гуманитарная наука не произвела ничего.

Там все объясняется — и про Сталина, и про Брежнева, и про Путина. Как священник в «Не горюй!» Георгия Данелия говорил о том свете: «Нет… Ничего нет!», так и Вишневский в «Серпе и рубле» объяснил, почему, вооружившись традиционными ценностями, невозможно поднять Россию ни с каких колен — ничего не получится. И почему норма для России — оставаться немодернизированной и загнанной в ловушку вечного догоняющего развития.

Вишневского можно цитировать километрами, и это огромное интеллектуальное удовольствие, но вот фрагмент, мимо которого пройти нельзя, потому что он многое объясняет в устройстве не только советской механики, но и сегодняшней, путинской: «Мобилизационные механизмы, позволяющие в критические моменты собрать все силы в единый кулак, не годятся для долговременного использования. Если время их жизни растягивается, они становятся дисфункциональными, неэффективными. Тем более это относится к советским мобилизационным механизмам полуфеодального типа, больше ориентированным на сохранение, чем на перемены. А ведь изначальной целью системы были как раз ускоренные перемены. Здесь лежал главный корень проблемы: соединенные в одной модели модернизации революционные цели и консервативные средства вошли в неразрешимое противоречие между собой».

Чем не пророчество, «предсказывающее назад» (по Пастернаку), но и вперед тоже: «…отставание от Запада, осознанное еще прежде рождения Петра, остается кошмаром русской государственной, да, пожалуй, и не только государственной мысли уже четвертое столетие (теперь пятое. — А.К.). И столько же длятся попытки модернизации, преодоления отставания. Догоняющее развитие, порождаемые им конфликты внутри общества и его культуры надолго становятся главным стержнем исторического пути России. Модернизация советского общества — не более чем этап, пусть и очень важный, этого пути».

Анатолий Григорьевич был подлинным ученым, он никогда не выпячивал свои политические взгляды и не размахивал ими, как «отличительным колпаком» (Мераб Мамардашвили). Но как-то в интервью с несвойственной горячностью сказал: «Попытка развести модернизацию и вестернизацию — просто игра словами». А в докладе более чем десятилетней давности заметил: «…одной из главных предпосылок кардинального решения проблемы смертности в России и преодоления ее отставания от большинства развитых стран остается продолжение и завершение реформ, ориентированных на модернизацию социальной структуры российского общества, развитие средних слоев, а значит, и на создание либеральной экономической и политической среды, в которой они только и могут существовать».

Это не либерализм умер, оказывается, это граждане нашей страны умирают в его отсутствие.

В нашем разговоре пятилетней давности Вишневский предсказал архаизацию обществ, даже развитых, в ответ на новые вызовы, в том числе миграционные. Через год после этого Трамп пришел к власти в США. «Наверное, этому можно противостоять, — сказал демограф. — Но для начала надо понимать смысл происходящего».

И он в самом деле понимал смысл явлений в их стереоскопичности, в том числе благодаря тому, что видел историческую подоплеку происходящего сегодня в России и сам прожил в нескольких эпохах — некомфортная роскошь, доступная только старшим поколениям.

Анатолий Григорьевич был человеком ренессансным, междисциплинарным, с многослойным культурным бэкграундом. Ему было тесно в демографии, он и докторскую-то защищал в начале 1980-х в Институте системных исследований у Станислава Шаталина. Но через линзы демографии он видел и знал о нашем обществе больше других исследователей: «Демографические изменения первичны по отношению ко многим экономическим и культурным переменам, а не вытекают из них».

Его главное прозаическое произведение заканчивается тем, как агроном Петр Степанович К. описывает своему сыну сон — старик летит в ракете, сверху ему видна Земля, зеленый луг, вроде как Англия: «Посреди луга стоял мальчик лет двенадцати в вышитой украинской рубашке, махал им рукой и что-то кричал, а что, нельзя было расслышать.

И я не разглядел, — сказал Петр Степанович, — кто он: я или ты».

Какой уж там мальчик в вышиванке в Англии — это Харьковская область, может, Задонецк, родина Петра Степановича К.

Андрей Колесников,
руководитель программы «Российская внутренняя политика и политические институты» Московского центра Карнеги

https://www.vtimes.io/2021/01/16/priklyucheniya-v-strane-nezavershennoi-modernizatsii-a2527


А.Г. Вишневский. Штрихи к портрету
Внешний облик и воздействие

Анатолий Григорьевич Вишневский был необычайно похож на Христа, каким его изображают иконописцы. Улыбка чрезвычайно оживляла его лицо. Стройный, подвижный. Всегда спокойный. Одно его присутствие создавало особую атмосферу. Все, кто его знал и встречался с ним, согласятся - у него была неповторимая, особая харизма, неотразимость. В нем ощущалась внутренняя свобода, то что выразил А.П. Чехов своей знаменитой фразой об умении «выдавливать из себя раба». Это его свойство вызывало волновой эффект: каждый, кто оказывался в полк его влияния, тоже начинал ощущать свою самодостаточность ( возможно, это не слишком хорошо подобранное слово, но что-то в этом роде было). Ощущение свободного человека давало ему силы высказывать свою позицию, не всегда совпадающую с официально принятой.

Восприятие его идей. А.Г. Вишневский стал не только ведущим демографом России. Он объединил демографию с философией и историей, сплавил их воедино. И в этом его первостепенная заслуга. Он внес вклад в понимание мира как сочленения взаимосвязей, включая взаимосвязь человечества со всем живущим на Земле. Он умел смотреть на факты повседневной жизни через призму закономерностей - зарождающихся или развивающихся - и находить очень точные формулировки таким обобщениям. Он всегда рассматривал демографические процессы в России не изолированно, а в контенте мировых тенденций.

В начале 2000-х ( точно год не помню) мне довелось присутствовать на семинаре, посвященном демографическим процессам в России, на который А.Г.Вишневский пригласил представителей Русской Православной Церкви. Ему хотелось донести до них понимание глобальных и локальных демографических событий и это понятно, так как священник участвует в таких демографических событиях как создание брачного союза (венчание), крещение младенца, отпевание усопшего. Так что позиция церкви в отношении особенностей российской демографической ситуации важна. Священнослужители в рясах и клобуках заняли весь первый ряд и с вниманием слушали доклад Анатолия Григорьевича. Докладчик , демонстрируя динамику рождаемости во всех странах Европы , делал вывод, что с рождаемостью в России дело обстоит не так уж и плохо – по уровню рождаемости наша страна не сильно отличается от других европейских стран. Иначе обстоит дело со смертностью. И вновь со слайдами, спокойно и аргументировано Анатолий Григорьевич объяснял, что приоритетом демографической политики должна стать борьба с заболеваемостью и смертностью, особенно мужчин в трудоспособном возрасте, обеспечение долгой и счастливой жизни родившимся, повышение продолжительности жизни при сокращении чудовищного разрыва между продолжительностью жизни мужчин и женщин. Он умел разговаривать с любой аудиторией.

Присущий ему подлинный демократизм Анатолий Григорьевич выразил в своем понимании переписи населения. Он изложил его в предисловии к нашей книге «История переписей населения в России»(2013 г.) [Вишневский 2013: 10-12 ].Идя от первых цензов, учрежденных Сервием Туллием в середине VI в. до н.э., Вишневский подчеркивал корреляцию проведения переписи с потребностями человека в свободе. Следующим событием, определившим статус переписи и ее значимость, он назвал принятие в 1787 г. федеральной Конституции Соединенных Штатов Америки, в первой статье которой говорилось, что места в Палате представителей и прямые налоги должны распределяться между штатами пропорционально численности населения. И, как всем известно, с 1790 г. по сей день США неукоснительно проводят переписи населения каждые 10 лет.

Анатолий Григорьевич подчеркивал суть переписи как идентификации самих людей: никто не имеет права спрашивать документы у человека о рождении, брачном состоянии, национальности, образовании и т.д.; только в этом случае может быть получен реальный портрет населения страны. Он подчеркивал значимость доступности результатов переписи, отмечая: « Недоступность или неполная доступность результатов переписи, тормозившие демографический анализ и демографические исследования в России на протяжении всего ХХ в., уходят в прошлое. Однако радоваться этому рано. … мировая практика работы со статистическими данными, получив мощный импульс от стремительного развития электронно-вычислительной техники, сделала новый шаг. Сейчас во всем мире при анализе социально-демографических процессов все чаще обращаются к информационным массивам нового типа , основанным на деперсонализированных индивидуальных данных о населении… Это необыкновенно расширяет возможности использования переписных данных, равно как и данных, получаемых из других источников, их комбинирования, создает как бы некое многомерное информационное пространство, внутри которого резко повышается возможность исследования самых разных сочетаний характеристик и признаков, а значит и намного более углубленного анализа изучаемых процессов» (Вишневский 2013: 12). Завершая краткий исторический очерк, Вишневский делает вывод: «Нужно, чтобы все общество почувствовало, осознало потребность в «зеркале» переписи, чтобы оно само позаботилось о надежности и беспристрастности этого «зеркала» (Там же). Эти слова звучат особенно актуально в канун очередной всероссийской переписи населения. Успешность столь масштабного и дорогостоящего мероприятия всегда является неким тестом доверия общества к власти, а данном случае его проведение к тому же осложнено продолжающейся пандемией COVID-19, унесшей жизнь Анатолия Григорьевича и продолжающей уносить ежедневно сотни жизней.

Заботы и результаты. В конце 1990-х Анатолий Григорьевич остро ощутил потребность в создании Всероссийского центра демографических исследований и демографического образования. Приехав в Санкт-Петербург в качестве приглашенного лектора в Академический университет, созданный Ж.И. Алферовым (1930-2019), он решил встретиться с петербургскими демографами. Помня о том, что российская демографическая наука зародилась в Петербурге-Петрограде-Ленинграде, помня историю ДИНа - Демографического института АН СССР (1930-1934 гг.), который возглавлял В.В. Паевский (1893-1934) и его плодотворный тандем с С.А. Новосельским (1872-1953), Анатолий Григорьевич ожидал увидеть, по крайней мере, десятка два заинтересованных лиц и был крайне разочарован встречей от силы с пятью-шестью специалистами, среди которых были Эвелина Карловна Васильева, Наталья Евгеньевна Чистякова, Семен Вульфович Сивашинский, Михаил Александрович Клупт , я и может быть еще кто-то. В резерве оставался Б.Н. Миронов, историк, уделяющий во всех своих работах большое внимание исторической демографии России. После встречи, не удержавшись, он высказал свое удивление столь малой численностью собравшихся и сделал вывод, что с демографической наукой в Санкт-Петербурге положение не радужное. Вскоре ему удалось создать Центр демографии и экологии человека в Москве, у В.В. Ивантера (1935-2019), в Институте народнохозяйственного прогнозирования РАН. Благодаря его энергии был создан Демоскоп Weekly (2001 г.). Сложился коллектив демографов, с которым он смог решить задачу совмещения исследований с учебным процессом: с открытием магистерской программы, кафедры демографии и исследовательского центра в НИУ ВШЭ. Следующий шаг – создание научного журнала «Демографическое обозрение». Каждое из этих достижений дает прекрасные результаты сегодня, но ничто не может быть постоянным долгое время . Внутренние истоки развития имеются в каждом их них, а ловить благоприятные моменты внешней среды и не поддаваться отрицательным - задача приемников Анатолия Григорьевича.

Эпилог. Все люди смертны. Эта малоутешительная истина вызывает протест: как мог вирус (не онкология, не сердечная недостаточность) прервать жизнь столь нужного всем, талантливого , трудолюбивого человека; неужели накопленный опыт врачей оказался недостаточен и т.д. и т.п. Эти вопросы будут долго возникать и будут попытки ответа на них. Но факт есть факт: Анатолия Григорьевича нет больше с нами. Но остались его книги и статьи, в них его душа, его мысли и надежды. Они всегда будут с нами и с будущими поколениями.

И.И. Елисеева,
Санкт-Петербургский государственный экономический университет; СИ РАН - филиал ФНИСЦ РАН

Использованная литература:
Вишневский А.Г. Переписи населения в России: уроки истории. / История переписей населения в России. / Федеральная служба гос. статистики. М.: Голден-Би, 2013 – 428 с. (Примечание: исторический очерк А.Г. Вишневского опубликован с сокращениями)


Кончина Анатолия Вишневского - крупнейшая потеря для нашей социологической науки и демографии. В течение долгих лет он по праву считался главным демографом России.

Я начал заниматься демографией во многом под впечатлением от его первой книги «Демографическая революция» (1975). В ней он обосновал свою знаменитую концепцию демографических переходов. И в этой монографии, и в последующих научных работах меня всегда поражала его научная эрудиция, широта и глубина знаний демографии многих стран мира, а также исторические экскурсы. В своей деятельности он поднимал важнейшие практические вопросы, связанные с трудностями воздействия на рождаемость, необходимостью реализации первоочередных задач по сокращению смертности и увеличению продолжительности жизни. Под его научным руководством была подготовлена фундаментальная коллективная монография «Демографическая модернизация. 1900-2000 г. (2006 г.). До сих пор этот труд остается крупнейшим исследованием демографической истории России. Для меня это - классика.

Анатолий Григорьевич воспитал целую плеяду демографов высочайшей квалификации, судя по их работам в рамках Института демографии ВШЭ, который он возглавлял с момента основания. Созданный им уникальный ресурс «Демоскоп Weekly» – кладезь идей и инноваций. Вокруг этого ресурса сформировалось целое сообщество компетентных исследователей и заинтересованных читателей.

Я считаю, что наша страна и все мы должны быть благодарны Анатолию Григорьевичу Вишневскому за его огромный вклад в науку и в общее понимание социальных проблем современной России и мира. Ведь сохранность народа России – высшая ценность, которой Анатолий Григорьевич посвятил свою выдающуюся творческую жизнь.

Аганбегян А.Г., Академик РАН


Трудно смириться, когда уходит человек пусть и не молодой, но полный идей и планов, для которого слова "работать" и "жить" кажется, стали синонимами.

Мы были знакомы с Анатолием Григорьевичем так давно, что кажется всю жизнь, хотя познакомились в 1971 году. Мы не стали друзьями, не знаю почему, но неоднократно были соавторами. Работая вместе, мы всегда спорили, но и всегда находили компромисс. Анатолий Григорьевич много раз редактировал мои тексты, а мне удалось стать его редактором всего один раз, когда готовилась демографическая энциклопедия.

Историю отечественной демографии можно разделить на два этапа: до выхода «Демографической революции» и после. Я имею в виду первое издание 1976 г. с обязательными цитатами классиков марксизма. Цитаты не спасли от убийственной критики. Одно слово "революция" вызывало возмущение, ладно бы автор написал "переход".

Меня эта книга заставила поверить, что демография – наука, которой стоит заниматься, а не собрание разнообразных моделей и алгоритмов, в которых интересно разбираться.

Мне трудно смириться с тем, что Анатолий Григорьевич больше никогда не позвонит на мой домашний телефон и не напишет, не попросит помочь и не поможет советом. Нам всегда будет не хватать этого человека не только в науке, но и в жизни.

Светлая Вам память Анатолий Григорьевич.

Е.М. Андреев, НИУ Высшая школа экономики


Анатолий Григорьевич Вишневский…

Это имя знакомо каждому профессиональному демографу и каждому, кто хотя бы изредка соприкасался с проблемами демографии. Имя мирового звучания. Статьи, книги, лекции, выступления… Это имя уже не забудется.

Мало кто из сотрудников ИНСАП учился у Анатолия Григорьевича в аудитории, но среди нас много тех, кто считает его своим Учителем. Я, Татьяна Малева, среди них. Глубокий аналитический ум, высочайшая добросовестность, стремление к безупречной доказательной базе, широкое горизонтальное мышление, объединяющее самые разные общественные и экономические науки, перфекционизм – этому мы учились у Анатолия Григорьевича все годы совместной работы и партнерства. Учились, восхищались и пытались следовать столь высоким стандартам.

Но речь не только об уроках демографии. Преданность науке, умение отстаивать свою точку зрения в самых трудных условиях, способность следовать своим внутренним принципам – у этих уроков особая гражданская и человеческая ценность.

И вместе с горечью потери мы испытываем глубокую благодарность Анатолию Григорьевичу за эти уроки, за многолетнее сотрудничество, за его книги, научные и литературные, за доброжелательность и дружественный тон в общении.

Мы постараемся выучить Ваши уроки, дорогой Анатолий Григорьевич! Для науки. Для жизни.

Татьяна Малева и Институт социального анализа и прогнозирования РАНХиГС


Анатолий Григорьевич был выдающимся человеком. Я всегда пользовался его работами и статьями при разработке и принятии социально важных программ и законов.

Так было и с концепцией пенсионной реформы 2001-2002 года, и при обсуждении проблем, связанных с состоянием рынка труда в России. Многие вещи мы черпали из его работ.

Соболезную родным и близким. Нам будет очень не хватать этого замечательного человека.

Алексей Кудрин,
председатель Счетной палаты РФ, заместитель председателя правительства РФ (2007-2011)


Могу лишь догадываться какую утрату понес цех демографов со смертью А.Г. Вишневского. Я не демограф, представляю одну из смежных с ней научных дисциплин и давно размышляю о взаимоотношениях двух наук с одинаковым называнием «народо-описание» (Демография и Этнография), но сейчас, разумеется, пишу не об этом. Хочу сказать кем виделся Анатолий Григорьевич таким как я, не демографам. Я знаком с ним более 40 лет и все эти десятилетия сама демография ассоциировалась у меня прежде всего с фамилией Вишневский. Дело не в его званиях и уж тем более, не в его постах - никогда он не был мне начальником, но всегда был для меня огромным и безусловным АВТОРИТЕТОМ. Я знаком и дружу с другими демографами, в том числе известными, но никто из них не сравним для меня с Вишневским по масштабу личности и заслуженному авторитету. Кстати, именно этот незыблемый авторитет позволял мне безболезненно с ним полемизировать, в том числе в стенах его Института демографии и на лекциях с его магистрантами. Полемизировать, например, с какими-то положениями его теории демографической модернизации, не во всем сочетаемой с теорией культурного разнообразия и множественной модернизаций, естественной для этнографического мышления. При этом, в такой полемике не требовалось использовать, различные оговорки, мол «я уважаю Анатолия Григорьевича, но истина…». Такие реплики не нужны при обращении к идеям личностей ньютоновских масштабов. Смерть любого человека позволяет сказать: «непоправимая утрата», но эти слова приобретают особый смысл, когда из жизни уходит такая глыба, такой краеугольный камень науки.

Это безмерная утрата. Гибель титанов. Я не думал о нем как о смертном.

Эмиль Паин, Высшая школа экономики


Несколько лет назад я оказался свидетелем небывалого научного мероприятия. Анатолий Григорьевич пригласил своих постоянных научных противников, все – не ниже доктора наук, и шаг за шагом разбирал с ними пункты их разногласий, терпеливо поясняя (в который раз!) свою позицию и критически анализируя те трактовки и логические переходы, где его оппоненты неправы.

Тут все было загадочно: оппоненты пришли к нему в институт (несмотря на десятилетия открытого идейного противостояния), терпеливо выдержали дидактический стиль семинара, а в довершение ко всему – еще и искренне благодарили Вишневского за обсуждение!

Объясняю это тем, что пришедшие гости ясно понимали, что со стороны Вишневского здесь не было «ничего личного» – только невиданное чувство ответственности за то, чтобы реальность правильно отражалась в головах людей! В этом А.Г. видел свое призвание, свою жизненную миссию – узнать и понять общество и донести это знание до максимального количества людей. Этой цели служило все – собственные книги и статьи (научные и художественные), когорта воспитанных Анатолием Григорьевичем известных ученых-демографов (создана школа Вишневского), ежегодные демографические доклады «Население России», Демоскоп Weekly, бюллетень «Население и общество», обучение студентов, магистров и аспирантов, журнал «Демографическое обозрение» – всего не перечислишь…

Ответственность за конечный результат не признает условных границ между научными дисциплинами. Если есть большая цель, то человек находит или развивает у себя средства ее достижения. Так появился «Серп и рубль» – выдающаяся книга о Советском Союзе, где А.Г.-демографу пришлось работать и социологом, политологом, историком… Книга потребовала много сил, вышла в 1998 году, и Вишневский, человек очень скромный, по-моему, немного гордился, что не поддался искушению сделать что-то «на скорую руку», что могло бы появиться гораздо раньше, в разгар идеологических перемен конца 1980-х-начала 1990-х гг.

Вспоминаю полушутливый обмен мнениями на нашей последней встрече в декабре 2019-го. Обсуждали работу Е. С. Митрофановой, которую оппонент упрекнул в недостатке «социологичности», я возразил, что демографию вообще-то можно рассматривать как часть социологии, а Вишневский и говорит: «наоборот, социология – часть демографии». Вот потому он и считал, что «в ответе за все»…

Знаменитая поэтесса Рената Муха, с которой А.Г. дружил, поздравляя его в годы потребительского дефицита с каким-то праздником, пожелала, чтобы больше приходилось, наконец, на тело, а не на душу населения! В этой шуточной фразе прекрасно выражена одна из доминант научного мировоззрения самого Анатолия Григорьевича: демография несет в себе трезвый, «телесный» взгляд на любые социальные процессы.

Много-много лет назад Анатолий Григорьевич встретил Марину Ивановну, и мы все понимаем, что «чудо Вишневского» создано ими обоими. Думаю, что присутствие Марины Ивановны поддерживало и всемирность мировоззрения А.Г., его глобальное видение мира.

Творческая продуктивность Вишневского значительно превосходила «пропускную способность» нашего образованного класса и специалистов-обществоведов, многие его работы пока не прочитаны, или прочитаны не всеми, кому они потенциально доступны. Хорошо бы продолжить читать Вишневского, наверняка чему-то научимся… И замечательно, если стремление узнать и понять свою страну, тела и души живущих в ней людей, станет одним из привычных проявлений любви к ней.

Жизнь баловала, я привык, что Анатолий Григорьевич где-то рядом и казалось, что навсегда. Общались по разным поводам, жизненное время в разговорах и планах в расчет не принимали... Дорогой Анатолий Григорьевич, спасибо, что вы были!

В.С. Магун, НИУ Высшая школа экономики


Жуткая страдная пора для безжалостной жницы Смерти! Косит и косит, не устаёт. Три месяца назад мы, социальные географы, прощались с классиком нашей науки, в первую очередь геоурбанистики, Георгием Михайловичем Лаппо. И вот новая "океаническая весть... стеснила дыхание и оставила соленый вкус во рту", как среагировал Осип Мандельштам в 1930 г. на гибель Владимира Маяковского.

Не стало Анатолия Григорьевича Вишневского. Как оценить масштаб и сферу его деятельности? Конечно, крупнейший, даже главный демограф России, что сразу написали многие СМИ. Но об этой ипостаси лучше судить демографам. Для нас, представителей смежной дисциплины, он был Обществовед и Человековед – именно с больших букв. Ясный до конца, ушедший на пике. И светлый, безмерно талантливый, глубокий, тонкий человек.

Что греха таить, считаясь обществоведами и гуманитариями, мы, географы, как и демографы, оперируем массами людей, пресловутым населением, его группами, слоями, когортами. А человек, личность с её микрокосмосом, отдельная семья – песчинки, хотя бы и типичные? Песок-то сложен из них. Может, ощущение этого диссонанса побуждало А.Г. сочинять беллетристику: "Перехваченные письма", "Жизнеописание Петра Степановича К." Там, в свою очередь, видно лицо автора-учёного, ведь это истории людей и семей, поколений на фоне эпох, прожитых в конкретных странах, районах и местах. Почти документальные или квазидокументальные геобиографии.

Пару раз мне довелось спорить с ним, что называется, по-крупному. Разногласия вытекали из несходства подходов: универсалистсткого и уникалистского, а в терминах баденской философской школы – номотетического либо идиографического. А.Г. был приверженцем первых вариантов, едва ли не в любой области он искал, находил и убедительно обосновывал универсальные закономерности. А географ, чуткий, "по определению", к различиям от места к месту, даже понимая значение всеобщих явлений, готов сползать к уникализму и усилению локального начала. Помню, по поводу его "Серпа и рубля" я сказал (позже написал), что дело не в строе, а в стране: уж такова её природа, что она задаёт и воспроизводит черты примерно того же строя. Он возражал, и резонно, что это пахнет беспросветным фатализмом, ему (А.Г.) органически чуждым.

Как бы то было, полемика нимало не сказалась на наших уважительных и ровных отношениях. Главная заслуга в этом – его, старшего, более статусного и авторитетного партнёра. Он готов был слушать и слышать; к тому же, его живо интересовала география вообще и, в частности, значение пространства России для её исторической судьбы, геополитики и т.д. Собственно говоря, он и начинал свою жизнь в науке с изучения географического объекта – Харьковской городской агломерации (тема кандидатской диссертации).

В последние годы при уходе старшего коллеги, мыслителя и учителя (их у нас было много, да и все мы постоянно учимся друг у друга) за первой горестной эмоцией приходит вторая, не менее горькая, но ещё более недоумённая и какая-то неуютная. Это что же получается, теперь мы старшие, авторитетные и всякое такое? По возрасту вроде бы да, а по масштабу, силе мысли, духа, голоса – ну совсем же не то. Невольно вспомнишь строки Давида Самойлова:

Вот и все. Смежили очи гении.
И когда померкли небеса,
Словно в опустевшем помещении
Стали слышны наши голоса.

Тянем, тянем слово залежалое,
Говорим и вяло и темно.
Как нас чествуют и как нас жалуют!
Нету их. И все разрешено.

А тянуть всё равно надо, хотя бы только для того, чтобы передать крупицы драгоценных, как нам кажется, накоплений наших предшественников следующим поколениям. Они уж там сами разберутся, что к чему и почём.

Андрей Трейвиш, Институт географии РАН


Анатолий Григорьевич был выдающимся ученым, прекрасным популяризатором науки, замечательным организатором (хотя не уверен, что последнее доставляло ему большое удовольствие). Тот редкий случай, когда талантливый человек талантлив в разных областях: номинация на Букеровскую премию – лишь одно тому свидетельство. Разносторонность интересов базировалась на широчайшем кругозоре, эрудиции. На интересе к жизни, включенности в социальную жизнь, четкой гражданской позиции.

Обаятельнейшая личность. Не в привычном образе балагура-весельчака-бретера, а умного, мудрого, ироничного собеседника – из редкостной и вырождающейся породы российских интеллигентов. Готовность выслушать, войти в положение, присоветовать – это да. Но очень деликатно: не приводилось слышать, чтобы он повысил голос, выразил раздражение, - только чуть меняющаяся интонация, не более. Проводя заседания, на которых сталкивались разные позиции, он часто предварял свою реплику одним словом: «Хорошо». И уже после паузы, подводя итоги дискуссии, предлагал формулировки, позволяющие прийти к конструктивному решению.

Он пользовался популярностью у нас, первого выпуска профессиональных демографов. Когда я защищал кандидатскую, я хотел, чтобы моим оппонентом был Анатолий Григорьевич. Увы, не сложилось по независящим от нас причинам. И для меня большая честь, что Анатолий Григорьевич в своей книге «Время демографических перемен» причислил меня соавтором одной из глав.

Его сложно представить растерянным, поставленным в тупик. Мне известен лишь один казус – и Анатолий Григорьевич с Мариной Ивановной вспоминали, о его встрече с маленьким мальчиком в крохотном городке в Бретани. Между ними имел место примечательный диалог:

- Как тебя зовут?

- Дима

– А как твое отчество?

– А что такое отчество?

Анатолий Григорьевич разъяснил и тут малыш его «срезал»: А как отчество моего кота? Жаль, что внуку уже не доведется с ним встретиться…

Несколько некрологов вышли под одним заголовком: «Умер «главный демограф» России». Сделавший, как никто другой, столько для развития демографической науки на постсоветском пространстве. Его авторитет был незыблем не только в академическом сообществе. Когда Президент встречался в начале 2000-х с демографами в узком кругу, он встречался с Анатолием Григорьевичем и его командой.

Есть такой журналистский штамп: «российская наука потеряла выдающегося ученого». В случае Анатолия Григорьевича это так. А все, кто его знал и попал под его обаяние, потеряли коллегу, наставника, старшего товарища. Уходит время… А с ним и личности...

Мукомель Владимир Изявич, Институт социологии РАН


В пятницу, 15-января, я с глубокой грустью узнал о том, что в этот день закончился жизненный путь Анатолия Григорьевича Вишневского, нашего близкого друга, коллеги и демографа с мировым именем. Эта новость оказалась неожиданной для всех нас в Чехии, кто неоднократно имел возможность общаться с ним и, таким образом, в полной мере оценить восхитительную жизненную силу и ясный ум Анатолия Григорьевича.

Благодаря моему учителю, профессору Зденеку Павлику, который ушел из жизни всего пять недель тому назад, я был заочно знаком с Анатолием Григорьевичем уже с конца 70-х лет, хотя наше личное знакомство состоялось лишь в декабре 1985 года. С тех пор мы встречались много раз, в Москве, Праге и других местах, и каждая из наших встреч была по-особенному незабываемой. Пожалуй, одна из самых запоминающихся произошла весной 2011 года, когда Анатолий Григорьевич – вместе со многими выдающимися представителями европейской демографии его поколения – принял участие в семинаре, посвященному 80-летию со дня рождения Зденека Павлика. У меня навсегда останется в памяти та убежденность и энергия, с которой Анатолий Григорьевич и Зденек Павлик отстаивали термин «демографическая революция» в дружественном споре с их коллегами.


А.Г. Вишневский и З. Павлик, Замок Малая Скала, Ческий Рай, 01.04.2011

Анатолий Григорьевич Вишневский ушел из жизни, но не покинул мир науки - его многочисленные академические труды останутся с нами и будут служить источником знаний для настоящих и будущих поколений демографов. Я уверен, что широта охвата и мыслительные конструкции автора, отраженные в этих трудах, не перестанут удивлять и притягивать новых читателей и последователей, а уровень эрудированности и литературного мастерства Анатолия Григорьевича станут эталоном для профессиональных текстов по демографии.

Анатолий Григорьевич, спасибо за то, что Вы были с нами, спасибо за богатейшее научное наследие, которое Вы нам оставили! Светлая память о Вас всегда будет в наших сердцах!

Томаш Кучера,
Карлов университет, Прага, Факультет естественных наук, Кафедра демографии и геодемографии


Дорогие друзья и коллеги,

Скорблю вместе с Вами. Случилось огромное несчастье. Мы потеряли нашего дорогого Анатолия Григорьевича. Он был действительно незаменимым, но коварный ковид навсегда прервал так восхищавшую нас его активную деятельность. Сколько еще он мог сделать! Его личное научное наследие огромно. Но мы всегда должны благодарно помнить, что без его совета и редакторской помощи не получилось бы очень многое в наших работах. Прошу передать самые глубокие соболезнования Марине Ивановне, Тане и Саше.

Марк Тольц (Иерусалим)


C’est avec une grande tristesse que j’ai appris aujourd’hui la disparition d’Anatoly Vichnevski. Dans les jours qui viennent, je suis sûre que les témoignages vont affluer sur les immenses contributions d’Anatoly à la recherche démographique en Russie, et dans le monde. Pour moi, au-delà du grand respect et de l’admiration que j’avais pour lui professionnellement, au-delà de la reconnaissance que j’éprouvais à son égard pour avoir ouvert largement la porte à mes propres recherches sur la mortalité dans les pays de l’ex-URSS, Anatoly était surtout un ami avec lequel j’ai toujours eu un grand plaisir à échanger, en français en plus, langue qu’il maniait à la perfection. Que de souvenirs! Je n’oublierai jamais la grâce de ces diners dans cet appartement moscovite où lui et Marina savaient rassembler des personnes diverses et passionnantes. Je n’oublierai jamais la chaleur de son sourire et le pétillement intelligent de son regard. Merci Anatoly de m’avoir offert ces moments de partage et de réflexion. Aujourd’hui, je pense à Marina, si solide à ses côtés, à Tania que je côtoie journellement à l’Ined, mais aussi à Sacha, à ses deux petites-filles et ses deux petits-fils. Leur chagrin doit être immense mais surtout ils doivent être si fiers de leur mari, père et grand-père! Je les embrasse.

France Meslé


Анатолий Григорьевич Вишневский, гигант российской и мировой демографии и действительно глубоко незаменимый. А также самый замечательный человек.

Образом его я дорожу - слегка ироничная улыбка, одновременно мудрая и озорная.

Переживая потерю в какой-то степени лично, я думаю, прежде всего, о тех самых близких ему людях, которые потеряли гораздо больше.

Сегодня ни их, ни кого-либо из нас не утешит, если мы узнаем, что более чем 500 его блестящих публикаций, оригинальная и яркая теория, и наблюдение за невероятной армией доказательств, создали замечательное сообщество как для научной мысли, так и, что уникально, для общественного понимания демографии и России, с тесными связями во всем мире.

И все же в своем горе они знают, что его работа продолжается.

Российская демографическая реальность была исключительно сложной и драматической, но Россия обладает сообществом демографов мирового класса и демографически образованных экономистов.

Это было, прежде всего, его же достижение. Оно не растворится.

Dr Judith Shapiro, Department of Economics London School of Economics


Anatoli Vichnevski était un très grand ami, avant d'être un collègue, précieux et irremplaçable par l'étendue de ses connaissances, la qualité de sa réflexion scientifique. Il a tant fait pour la démographie en général, pour créer, développer une démographie russe qui s'est imposée partout. Il a tant fait pour concevoir un monde scientifique dans lequel la démographie traversait les frontières. Il a été un créateur, un passionné. C'était un homme d'une immense culture, d'une curiosité insatiable, c'était un homme dont la passion débordait en permanence, infatigable, toujours curieux de partager, d'associer.

C'était aussi un très grand ami de l'INED, ainsi que du Cercec, de la France en général.

Il laisse une oeuvre, immense.

Nous perdons un ami, nous perdons un immense scientifique,

Nous pensons à tout ce qu'il a fait pour la démographie russe,

Nous pensons à Tania, Sacha, ses enfants, à Marina, son épouse, à ses petits-enfants, dont il était si proche et avec qui nous avons partagé tant de choses.

Nous pensons à Serge, Volodia, tous ses collègues, que nous avons connus, grâce à lui.

Nous pensons aux générations qu'il a contribué à former et à fédérer, à ce qu'il représentait pour elles et qu'il laisse orphelines.

Alain Blum et Catherine Gousseff


С глубокой скорбью мы встретили известие, что среди нас не стало Анатолия Григорьевича – выдающегося ученого, замечательного человека. Его идеи, труды, дружеские советы внесли большой вклад в развитие демографических исследований в Литве.

В середине восьмидесятых годов во время шестимесячной стажировки в Институте социологических исследований мне (V. Stankuniene) чрезвычайно повезло быть приглашенной в сектор Анатолия Григорьевича, принимать участие в организованных им семинарах и видеть, как он профессионально, коллегиально и толерантно поощряет дискуссии молодых демографов, которые впоследствии стали известными учеными во всей Европе и в мире.

Литовские демографы скорбят и выражают искренние соболезнования родным, коллегам и друзьям Анатолия Григорьевича

Влада Станкуниене и Домантас Ясилионис, от имени литовских демографов


С глубоким прискорбием узнал о кончине Анатолия Григорьевича Вишневского. This is an immense loss to the population field in Russia and beyond. His “Демографическая революция” shaped my thinking about population trends and patterns and made me realize what an exciting field demography is. Speaking more broadly as someone working in a former “socialist” country, this was a trailblazing work as it presented an alternative to the traditional Marxist “formational” paradigm to population dynamics.

After the early 1990s he was the strongest voice of reason and professionalism in a field that was often hijacked by populist and nationalist rhetoric. I admired him for that, and will will always remember fondly our meetings in Moscow, Geneva, and Washington DC. The copy of “Жизнеописание Петра Степановича К.” with Anatoly Grigorievich’s dedication will always be a special part of my book library.

If at all possible, please lay a flower for me at the funeral.

Николай Ботев


Anatole Vichnevski nous a quittés, le vendredi 15 janvier 2021, après avoir combattu avec toute l’énergie qu’on lui connaissait, le Covid-19. Il avait 86 ans. Jusqu’au moment où il fut frappé par cette terrible pandémie, il a poursuivi son exceptionnel engagement dans la recherche démographique, à la tête de l’Institut de démographie de l’Université nationale de recherche – Haut collège d’économie (Moscou), de renommée internationale, sans aucun doute le meilleur centre de recherche démographique en Russie. Sa disparition est une immense perte pour la démographie russe et son extraordinaire rayonnement au-delà des frontières.

Anatole Vichnevski naît le 1er avril 1935 à Kharkov en Ukraine, où il fait ses études et devient statisticien. Après avoir travaillé au département de l'Institut de statistique d'Ukraine à Kiev, il s'installe, au début des années 1970 à Moscou, où il travaille pendant plus de 10 ans au Département de la recherche démographique de l'Institut de statistique. Il a eu la chance de communiquer étroitement avec les grands démographes et statisticiens de l’époque, qui avaient survécu aux purges staliniennes et en étaient les témoins : Boiarski, Urlanis, Kurman, Sifman. Il travaille avec ceux avec lesquels, dès la perestroïka, il s’engage dans la reconstitution d’une histoire de la démographie russe et soviétique longtemps cachée: Andreev, Darski, Kharkova, Volkov. Ces rencontres le marqueront profondément et il sera un des témoins de cette période tragique pour la démographie et la statistique soviétique. Anatole Vichnevski a approché, directement, les témoins de cette histoire. Autant que démographe, il était historien et sans doute est-ce en partie en rapport avec ces rencontres prestigieuses.

Il rejoint, en 1984, le Département de démographie de l'Institut de sociologie de Moscou. Très vite il met à profit les opportunités offertes par la perestroïka, pour s'engager dans la création de divers centres de démographie. L'Institut de démographie de l'Université nationale de recherche, la Haute école d'économie (la Vychka) fut sa dernière œuvre. Cet institut, créé en 2006, est devenu la référence en Russie et a acquis une dimension internationale, coopérant avec les instituts et centres de démographie les plus importants en Europe ou aux Etats-Unis, en particulier le Max Planck Institute for Demographic Research de Rostock, le London School of Hygiene & Tropical Medicine et bien entendu l’INED.

Tout au long de son parcours Anatole Vichnevski fut un créateur. Outre cet institut, il avait, en collaboration avec l’INED, lancé le bulletin Population & sociétés en russe, qui ensuite s’est transformé pour devenir la revue électronique Demoscope Weekly une référence. Il avait créé, il y a peu, une autre revue scientifique, Демографическое обозрение.

Anatole Vichnevski n’était pas qu’un démographe, mais un homme d’une très grande culture, un « intellectuel » au sens français du terme, un membre de l’intelligentsia au sens russe. Son œuvre, considérable, en témoigne. Outre des classiques de la démographie, comme son La révolution démographique, publié en 1976, et le collectif qu’il dirigea, La modernisation démographique de la Russie, 1900-2000, paru en 2006, tous deux non traduits en français, évoquons surtout ses deux grands ouvrages traduits en français. La faucille et le rouble. La modernisation conservatrice en URSS, paru dans la prestigieuse collection « Bibliothèque des histoires », chez Gallimard, dont le titre et le cadre interprétatif est encore, 20 ans après sa parution, d’une étonnante actualité. Son « roman » Lettres interceptées, paru chez Gallimard en 2005, est, plus qu’un roman, la reconstruction d’histoires familiales tragiques à partir de corpus de correspondances et de souvenirs familiaux et témoignages. Remarquablement écrit, ce livre est un merveilleux essai sur l’histoire dramatique de l’URSS.

Anatole Vichnevski était un très grand ami de la France et un passionné de la démographie française. Il s'engagea très tôt et sans réserve, avant même la perestroïka, dans une relation avec la démographie française à une époque où c’était encore très difficile et risqué. Il s'est vite imposé comme un collègue incontournable, par ses ressources, ses connaissances, son expérience. Il avait tissé une relation toute particulière avec l’INED, avec la démographie française, avec la France en général. Il avait très tôt contribué à diffuser les travaux d’Alfred Sauvy. Au tout début des années 1980, Gérard Calot, alors directeur de l’INED décida de développer les relations entre l’INED et la Russie. Il était soucieux de développer des relations avec ce qu’on désignait alors comme les « pays de l’Est », conscient de partager avec eux des intérêts communs en matière de politiques démographiques et d’interprétation des évolutions démographies en dépit de contextes politiques différents. Des échanges s’engagèrent, ponctués de séjours plus ou moins longs, de stages, de colloques et conférences conjointes. Anatole Vichnevski avait alors rejoint le département de démographie de l’Institut de sociologie de l’Académie des sciences d’URSS et fut le contact naturel avec les collègues français (il maîtrisait couramment la langue et était celui qui connaissait le mieux la démographie française). Ce département était alors dirigé par Leonid Rybakovski qui soutenait fortement ces relations internationales, mais allait rapidement, dans le contexte de la perestroïka, s’opposer à Anatole Vichnevski. Celui-ci tenait à une rigueur scientifique qui ne convenait pas toujours à une science russe de plus en plus politisée. Anatole Vichnevski initia alors de très nombreuses recherches communes franco-russes, envoyant ses jeunes collègues, ses élèves pourrait-on dire, en France pour organiser nombre de projets. Serge Zakharov, Vladimir Shkolnikov, en particulier, qui poursuivent encore aujourd’hui ces collaborations, Ioulia Florinskaia, Galina Rakhmanova, Elena Dolgikh, Alexandre Anichkine, d’autres encore, développèrent des projets en collaboration qui allaient renforcer encore plus les liens entre l’INED et lui. De ces projets naquirent des collaborations pérennes, sur la mortalité, sur l’histoire de la population de l’URSS et de la Russie, sur bien d’autres questions encore.

Anatole Vichnevski était aussi un passionné qui n'hésitait pas à s'exposer, s'impliquant dans les débats publics, ce qui l'avait conduit à être attaqué à de nombreuses reprises dans un contexte russe traversé par des tensions ces dernières années. Mais il avait toujours défendu ses positions, sans compromis, tenant avant tout à la rigueur scientifique, se rattachant à une démographie de très haut niveau.

Mais, au-delà de tout, Anatole Vichnevski était un homme d’une grande humanité, un ami, toujours à l’écoute, ferme dans ses opinions mais attentif aux autres. Cette humanité, il l’a transmise à ses élèves et collègues, qui l’ont accompagné dans ce long processus qui a conduit à l’édification de son institut de démographie. Il l’a transmise à tous ses collègues français, qu’il rencontrait tous les ans, à Paris, à Moscou, toujours attentifs aux dernières évolutions de la démographie. Il émanait de lui une énergie étonnante, une passion pour comprendre, un engagement total dans ses convictions. Il eut de nombreux ennemis en Russie, impatients d’imposer une doxa politique à la démographie, qu’il refusait au nom de la science. Il bénéficiait de ce fait d’un immense respect, comme chercheur mais aussi comme homme public, souvent sollicité sur les ondes et à la télévision.

Nous perdons un immense chercheur, l’INED perd un collègue qui a fait rayonner la recherche démographique française ; l’INED perd un homme qui, par les collaborations qu’il a initiées, a placé notre institut à la pointe de la recherche démographique sur l’ensemble du territoire jadis soviétique.

Mais nous perdons aussi un grand ami, un homme des plus attachants, des plus passionnants, des plus humains.

Alain Blum, Maité Ely, France Meslé, Vladimir Shkolnikov, Jacques Vallin, Serge Zakharov

https://www.ined.fr/fr/actualites/une-tout-public/hommage-a-anatole-vichnevski/


Anatoly Vishnevsky, the Russian Murray Feshbach, Dead at 85

Anatoly Vishnevsky, the Russian demographer who like his American counterpart the late Murray Feshbach showed how demographic statistics can illuminate a larger slice of reality than most people had ever thought possible, has passed away at the age of 85.

Many have rushed to write appreciations of Vishnevsky but perhaps the best so far comes from Andrey Kolesnikov of the Moscow Carnegie Center who says that as important as the late scholar was as a demographer, he was even more important as a social thinker (vtimes.io/2021/01/16/priklyucheniya-v-strane-nezavershennoi-modernizatsii-a2527).

Vishnevsky was born in 1935, the same year in which Stalin proclaimed that "life has become better, comrades, life has become happier." The late scholar spent his career showing why this did not happen and what Russia would have to do if it was to break out of the cycle which has made that slogan impossible to fulfill.

He did that, Kolesnikov continues, by focusing not just on demographic questions and not just on Russia but by studying the problems of modernization not only under Stalin but under other leaders as well. And he took many people with him because he based his arguments on the incontrovertible evidence of demographic facts.

By doing this, the Carnegie scholar says, "Vishnevsky converted his humanitarian searching into an exact science." Perhaps the clearest example of this was his concern about Russia's high mortality rates, about which he pointed out the unwelcome truth that Russians are dying not as they did in the past and not as others do in modern societies.

Instead, they are dying in large part because the Russian government has chosen to pursue what he referred to as "conservative modernization," that is, the state sought to modernize in the name of keeping things the same, an inherent contradiction that it has never been able to resolve and that has cost so many Russians years of their lives.

One can cite Vishnevsky's observations "by the kilometer," Kolesnikov says; but one must be recalled on the occasion of his death because it shows the way his mind worked and how he dealt with the central issues with which he was concerned right up to the time of his death, issues that arose from his understanding of Stalin, Putin and much else.

"Mobilized mechanisms, which allow for assembling all forces into a single fist at critical moments are not suitable for long-term use. If they are used for too long, they become dysfunctional and ineffective. This relates particularly to Soviet mobilization mechanisms of the semi-feudal type which were more oriented on the preservation of the system than on its development … Here lies the main root of the problem: revolutionary goals and conservative means enter into a contradiction which cannot be resolved."

Vishnevsky was "a real scholar" and did not let his political views interfere with his work, but he was concerned with how the challenges of rapid modernization were leading to archaic developments not only in Russia but in other countries in which many have not reacted well to change.

It thus turns out, if one follows Vishnevsky's logic, that ""it is not liberalism which ahs died; it is the citizens of our country who are dying in its absence." And unfortunately there are analogues elsewhere tool. The late scholar saw this as the explanation for the rise of Trumpism in America.

Vishnevsky was convinced that it could be opposed successfully, but to do so, he remarked, "one must first understand the meaning of what is taking place." His research did much to promote that kind of understanding. He will be missed by all those who care about Russia, about modernization, and about a better future for all people.

Paul Goble
Window On Eurasia - Staunton, Jan. 15, 2021
Johnson's Russia list at the Institute for European, Russian and Eurasian Studies
The George Washington University

https://russialist.org/anatoly-vishnevsky-the-russian-murray-feshbach-dead-at-85/
http://windowoneurasia2.blogspot.com/2021/01/anatoly-vishnevsky-russian-murray.html


I was devastated when I heard about Anatoli Vishnevski's death. The world demographic community has lost a major figure. For Russia and the world this is a tremendous loss. I had long known of his research with CSU/Goskomstat, and I was very happy to meet him after the establishment of the Demographic Institute in the late 1980s. Inspired by him, the younger researchers were productive, hard-working, cheerful and glad to be connected with world demographic research. He ran that institute with a firm hand, but always with a view to the welfare and career development of his researchers. In return, they admired him and held him in the highest regard. The institute flourished, indicated by the value of the research produced, the impressive record of publication in international refereed journals, and the ties with foreign demographic institutes. With the joining of the group with the Higher School of Economics, they further flourished with development of degree programs. I saw the continued vitality of the institute and Vishnevski's continued key role when I participated in the conference in honor of the Institute's 25th anniversary in 2013. Since then, he has continued to be a major intellectual force. I will miss a friend, whom I held in the highest regard. I wish the Demographic Institute well in their future as a research power in Russian and world demography.

Barbara A. Anderson
Ronald Freedman Collegiate Professor of Sociology and Population Studies University of Michigan

Ann Arbor, Michigan U.S.A.


What a terrible and sad news!

Anatoly Vishnevsky was absolutely unique in his profound knowledge and broad understanding of demography and related disciplines.

It has been a truly great honour and pleasure to having met him in person.

It takes some time to digest this loss.

Fortunately, Anatoly Vishnevsky has a very rich scientific legacy that remains with us as a solid groundwork for future.

It is really devastating news! Please pass on our sincere condolences to all his nearest ones and tell we are with you at this very hard and sad time. We will get our wits together after some moments to offer some reminiscences from our past together!

Hug you all,on behalf of Estonian demographers,

Luule Sakkeus
Allan Puur


Анатолий Григорьевич, светлая Вам память! Ваш уход - это огромная потеря для демографической науки и демографической статистики. Мы всегда могли обратиться к Вам за советом и получали Вашу поддержку. Вы играли важнейшую роль в принятии многих значимых для российской статистики решений, к Вашему мнению всегда прислушивались.

Горько, что подводить итоги предстоящей переписи населения будем уже без Вас, и дальнейшее развитие российской демографической статистики не сможет опираться на Ваши знания, опыт, которые столь ценны в период ее перехода на новый - цифровой - этап.

Не только мы, но и новые поколения статистиков будут помнить Вас, ведь с нами остались Ваши труды.

С.Ю. Никитина и Коллектив Управления статистики населения и здравоохранения Росстата


Неожиданно не стало потрясающего человека - Анатолия Григорьевича Вишневского. Человек, который никогда в жизни не подстраивался и имел свою правду, нередко отличную от официальной. Жизнь меня свела с ним только в последние годы, и я был поражён глубиной знаний и человеческими качествами этого с виду незащищённого человека, но с огромной внутренней жизненной силой.

То, что России не будет его хватать - это ясно. Это - человек-эпоха! Соболезнование семье, сподвижникам, ученикам, друзьям и просто тем, кто был знаком с ним. Вечная память!

Доктор Леонид Рошаль, Герой труда России


Иногда хочется, чтобы кому- то из людей Бог даровал вечную жизнь... и к таким относится Анатолий Григорьевич Вишневский… Настоящий... искренний в профессии...честный... Ведь горюем мы все так искренне, даже понимая, что и возраст уже, и все прочее, потому что понимаем, что есть НЕЗАМЕНИМЫЕ и беззаветно преданные профессии и делу, и их остается все меньше и меньше…

Это один из самых лучших экспертов Общероссийского Народного Фронта, к которому все относились с большим уважением и почтением. Человек, который всегда находил время и для общения с нами и для досконального и глубокого освещения всех существующих демографических проблем. Он не ленился… не отмахивался от нас … и нигде не лукавил!

От имени всех коллег тематической площадки ОНФ «Демография», которую возглавляет Л.М. Рошаль, всех сотрудников ОНФ, которые знали и сотрудничали с профессором А.Г. Вишневским выражаем свои искренние соболезнования родным и близким, всем, кто знал этого замечательного Человека!

Анаит Казаровна Геворкян, Координатор тематической площадки «Демография» Общероссийского Народного Фронта


35 лет – почти всю свою профессиональную карьеру мне довелось работать с Анатолием Григорьевичем. Это невероятное везение иметь такого руководителя, учителя, коллегу, и вообще, человека, с молодых моих лет служившего примером ученого с его неиссякаемой любознательностью, жаждой познания, широтой интересов, дерзостью мысли, ясностью и бесстрашием высказывания.

Впервые я увидел АГ много раньше – в эпоху легендарных демографических баталий в секции Дома ученых. И мое юношеское воображение связало его с героями мифов Древней Греции. Оно рисовало его Одиссеем, знающим больше, видящем дальше, чем все воины и гребцы, и, хитро прищурясь, ведущим корабль, избегая разрушений, но не теряя из виду цели путешествия. (Удивительно, что сам АГ как будто откликнулся на эту ассоциацию и в вышедшей два месяца назад статье, заключив ее словами о несгибаемом луке Одиссея).

Работая рядом с ним, можно было быть уверенным в поддержке и чувствовать его интерес не только к идеям, но и к людям, без которого вряд ли было возможно создать и провести команду через многочисленные «демографические переходы» к Демоскопу, Институту и Журналу.

Жил созиданием и созидал своей жизнью. Поэтому годы шли, а он не менялся, точнее, темп созидания не менялся – груда дел, задумок и встреч, а он – совершенствовался. Теоретические статьи последних лет кристально ясны и перо свободно. Добавилось изящества и ироничности (спасибо, «Лисе»?), так свойственной его разговорной манере. Вышли на свет и другие воплощения: антрополог и талантливый литератор.

Неутомимый борец с узкомыслием и косностью, выдающими себя за традицию, АГ создавал и поддерживал традицию свободного социального мышления в демографии, благородного уважения к мысли, как таковой.

Можно сказать, что Он – эпоха в отечественной демографии и не только. Уверен, что такая формулировка ему не понравилось бы. Он избегал пафоса. Конечно, эпоха, а для меня – щедрый дар судьбы.

С.А. Васин, Институт демографии НИУ ВШЭ


Почти 30 лет моей профессиональной жизни связаны с Анатолием Григорьевичем Вишневским. Менялись названия центров и институтов, но неизменным было одно – руководство Анатолия Григорьевича. Пожалуй, слово «руководство» не в полной мере отражает то, что Вишневский делал. Скорее, полное погружение в дела каждого сотрудника и всей структуры в целом, постоянный творческий поиск, придумывание и осуществление огромного числа потрясающих проектов – в этом Анатолию Григорьевичу не было равных. Эти проекты сейчас у всех на слуху (Демоскоп, Население России, Население и общество и т.д.), а тогда, в самом начале, как было страшно начинать неведомое. Страшно нам – но не ему. А теперь, спустя столько лет, понимаешь, что именно та его уверенность в успехе позволила мне теперь гордиться, что я 10 лет была редактором «Population et societes en russe», и вместе с другими участвовала в самых первых выпусках Демоскопа…

Мое отношение к А.Г. менялось от страха юной выпускницы МГУ перед «небожителем», до восхищения работоспособностью, креативностью, разносторонними интересами в самых разных науках, и не только в науках, в литературе, в искусстве, в организации досуга, наконец… Какие были прекрасные вечера – юбилеи Центра демографии, Демоскопа и самого Анатолия Григорьевича! Он всегда вел их сам, читал свои стихи – это невозможно забыть! А обещание, данное сотрудникам Центра в далеком 1991 г., - «каждый сотрудник Центра должен побывать в Париже» - и ведь правда, почти все побывали, и он это все организовал. А мне посчастливилось еще и увидеть Париж его глазами – лучшего гида и представить себе нельзя!

Я понимаю, что сейчас невозможно описать словами то влияние, которое Анатолий Григорьевич оказал на каждого из нас. Влияние не только научное, но и человеческое. Я не знаю больше человека, который был бы так уверен в силе просвещения для всех – студентов, исследователей, журналистов, начальников всех мастей, обывателей, и даже откровенных мракобесов. Он надеялся просветить весь мир, и так изменить его к лучшему. Наверное, если мы хотим сохранить настоящую память о нем, нам всем надо пытаться продолжать и это его дело, невзирая на…

Спасибо судьбе, что позволила жить и работать рядом с таким Большим во всех смыслах человеком! Светлая память и соболезнования его прекрасной семье – Марине Ивановне, Тане, Саше.

Юлия Флоринская, Институт Демографии НИУ ВШЭ, ИНСАП РАНХиГС


Невосполнимая утрата… Вполне традиционные слова об уходе из жизни – естественном событии для каждого человека. Множество таких событий демографы постоянно анализируют, группируя их по разным признакам и периодам времени, выделяя преждевременные смерти по предотвратимым и устранимым причинам. Иное дело, когда уходит человек, без которого трудно представить свою собственную жизнь.

Анатолия Григорьевича Вишневского я впервые увидела, когда училась на экономическом факультете МГУ, - на семинаре Центра по изучению проблем народонаселения обсуждалась его недавно вышедшая книга «Демографическая революция» (1976 г.). Для нас, студентов-демографов это было новое живое слово, оригинальный взгляд на изучаемый предмет. Концепция вызывала немало вопросов, дискуссия была весьма оживленной, но докладчик сохранял спокойную уверенность в правоте своих аргументов. Впоследствии немало жарких, а подчас и ожесточенных споров по демографическим проблемам можно было наблюдать и на заседаниях Демографической секции Дома ученых, где Анатолий Григорьевич последовательно выступал с позиций концепции демографического перехода, которая в те годы имела у нас больше противников, чем сторонников.

Более близкое знакомство состоялось позднее, в годы работы в отделе академика С.С. Шаталина в Институте системных исследований (ВНИИСИ ГКНТ и АН СССР), где Анатолий Григорьевич защищал свою докторскую диссертацию, основные положения которой были опубликованы в монографии «Воспроизводство населения и общество» (1982 г.). Идея системного подхода к изучению воспроизводства населения была новаторской. Представление о саморегулирующейся демографической системе позволяло интерпретировать происходящие изменения в демографических процессах в их целостности и во взаимосвязи с другими социальными процессами, но вызывало немало критики со стороны исследователей, придерживавших более традиционных для того времени взглядов. Защита стала увлекательным действом благодаря самому соискателю и ярким выступлениям рецензентов его работы (прежде всего В.Г. Гребенникова).

Олег Сергеевич Пчелинцев, в лаборатории которого мне посчастливилось начинать свой трудовой путь, был знаком с Анатолием Григорьевичем Вишневским еще с 1960-х годов, всегда проявлял интерес к его работе и демографической тематике в целом. Это позволило «заполучить» Анатолия Григорьевича в качестве рецензента моей собственной диссертации, посвященной особенностям воспроизводства населения в регионах интенсивной урбанизации (1987 г.). Несколько позднее Анатолию Григорьевичу удалось сплотить команду высококлассных специалистов (Центр демографии и экологии человека), которая быстро завоевала авторитет внутри страны и за ее пределами и привлекала своими работами всех интересующихся проблемами демографии, включая критиков и оппонентов.

Третье, и уже окончательное сближение наших жизненных путей произошло в годы работы в Институте народнохозяйственного прогнозирования (ИНП РАН). Отдел С.С. Шаталина перешел в него, составив часть нового института при его образовании в 1986 г., Центр демографии и экологии человека пополнил его, не без нашего с Олегом Сергеевичем участия, в 1993 г. Анатолий Григорьевич предложил мне подготовить раздел для доклада «Население России», и начиная с 1994 г. наше сотрудничество стало постоянным.

Распространение Интернета привело к идее выпуска электронного издания - Демоскоп Weekly. Его становление напоминало развитие ребенка – поначалу число рубрик и их объемы были относительно небольшими, но постепенно они увеличивались и росли, стала вырисовываться более или менее устойчивая структура. Как и говорил мне Анатолий Григорьевич о своем замысле, предлагая участвовать в его реализации: «Начнем с небольших сообщений, а потом найдем более походящие формы». Для первых номеров я готовила материалы для рубрики "В стране и мире", затем появилась постоянная рубрика "Российский демографический барометр", в дальнейшем подразделявшаяся на «Мировой», «Европейский», «Евразийский» и «Российский барометр». Постепенно вырабатывался формат и стиль подачи материала, его основная и дополняющая тематика.

К концу 2005 г. электронный еженедельник Демоскоп Weekly стал сформировавшимся изданием, его читали почти в 100 странах, число посещений в месяц составляло десятки тысяч, по посещаемости сайт устойчиво занимал первое место среди всех российских социологических сайтов. Достигнув вполне зрелого возраста – 20 лет, наш Демоскоп Weekly продолжает привлекать внимание многих читателей, хотя у него появился более серьезный «брат» – научный электронный журнал «Демографическое обозрение». О необходимости специализированного демографического журнала много говорилось в 70-80-е годы прошлого века, но в полной мере реализовать эту потребность удалось только в XXI веке.

Сложно понять, как удавалось Анатолию Григорьевичу управляться с этим всё разрастающимся полем деятельности, но он сохранял неподдельный интерес и к новым материалам, и к рутинному отслеживанию демографических процессов, умело вплетая полученную информацию в целостную картину мира, интерпретируя все частное, текущее с позиций демографического перехода. Его уникальная работоспособность и целеустремленность побуждали и нас напрягаться и следовать предложенному, весьма плотному графику работы. При этом он всегда был спокоен и терпелив, ожидая до последней возможности результатов нашего труда. В значительной мере это относится ко мне, не раз сетовавшей на слишком интенсивную нагрузку по ведению Демографического барометра. Но как приятно было слышать, что он с интересом прочёл очередной материал рубрики, и как будет не хватать его вопроса в воскресенье вечером: «Катя, что у нас на этот раз?»

Работа над Демографическим барометром стала для меня системообразующей деятельностью, основой для работы по другим направлениям. Она многому научила и помогла пережить самые трудные периоды жизни. И всё это благодаря Анатолию Григорьевичу, его неизменной поддержке и заинтересованности.

Наш последний разговор утром 19 декабря, когда снежинки, блестя под солнечными лучами, укутывали землю, Анатолий Григорьевич неожиданно начал с вопроса, люблю ли я снег. Возможно, он вспомнил, что когда-то (он звонил осенью 2018 г. из больницы, где явно начал скучать) я говорила о своей любви к настоящей снежной зиме. Да, я люблю, когда идёт снег, когда он чист, бодрит или умиротворяет, скрывая несовершенства мира, но мне горько, что он уносит в вечное безмолвие дорогих мне людей.

Вечная благодарность и память!

Екатерина Щербакова, ведущая рубрики «Демографический барометр» Демоскопа Weekly


15 января пришла трагическая весть - не стало Анатолия Григорьевича Вишневского, нашего любимого, дорогого и уважаемого руководителя и наставника, выдающегося ученого мирового уровня, замечательного пропагандиста нашей любимой демографии.

Анатолий Григорьевич, несмотря на свой неоспоримый авторитет во многих областях науки и жизни был молодым и даты в паспорте на него мало влияли. Это не менялось на протяжении многих лет. Скорее наоборот. Всегда Анатолий Григорьевич относился и старался учитывать мнение одинаково уже опытных, с мировыми именами коллег и молодых ученых, студентов (и часто становился на их сторону в спорах). Именно поэтому такую потерю сложно осознать и принять.

Не хочется верить, что больше не увидишь и не услышишь его голос в телефонной трубке, не получишь письмо.

Светлая память об Анатолии Григорьевиче останется с нами всегда.

Екатерина Кваша, Татьяна Харькова, Институт Демографии НИУ ВШЭ


Уход Анатолия Григорьевича – потеря не только демографической науки, но всего гуманитарного направления. Его невероятная эрудиция, компетентность не только в демографии, но и в социологии, культурологии, глубокое знание и понимание литературы и искусства. Поразительно, как он умел точно находить 24 раза в год иллюстрации к каждой основной теме Демоскопа. То же делает и Нобелевский комитет для своих дипломов, но – раз в год. Литературное наследие Анатолия Григорьевича – это не только книги по демографии, но и замечательные романы «Жизнеописание Петра Степановича К.», «Перехваченные письма». В этих книгах он сказал свежее слово в отечественной художественно-документальной прозе, выступив не как автор, а как мудрый, ироничный и точно оценивающий историю наблюдатель.

Анатолий Григорьевич был членом «клуба» самых ярких интеллектуалов последних десятилетий, другом и собеседником Капицы, Заславской, Левады, Дондурея, Бестужева-Лады и многих других выдающихся личностей, без которых наша жизнь значительно оскудела, ландшафт изменился, исчезли яркие впечатления.

Б. Ревич, ИНП РАН


Мы все знаем Анатолия Григорьевича как выдающегося ученого и мыслителя своего времени. У него была мечта – создать Институт демографии. Он ее осуществил. Почти 30 лет назад, когда ему было около 55 лет, он создал Центр демографии и экологии человека. Сколько же надо было иметь ума, инициативы, знаний, таланта, энергии и мужества, чтобы придумать и создать такой центр.

Это был уникальный коллектив ученых – представителей различных отраслей знаний: демографы, социологи, географы, медико-эпидемиологи, экономисты и историки. В одном коллективе были объединены люди различных возрастов и опыта, перед которыми стояла задача - за короткий срок стать единомышленниками и начать реализовывать проекты, научные работы в соответствии с требованиями, которые предъявлялись институтам демографии мирового уровня. Анатолий Григорьевич, будучи научным лидером, увлекал в свою орбиту интереса и инициативы весь коллектив. Мозговые штурмы, интересные дискуссии, участие в международных проектах и конференциях, много публикаций. Будучи известным демографом, который знал два европейских языка, он сумел быстро выстроить отношения с ведущими демографическими институтами и международными организациями.

Как ученый он щедро делился знаниями, идеями и заражал своим энтузиазмом.

И всегда рядом с ним была его замечательная жена - Марина Ивановна.

Светлая ему память!

Елена Долгих,
Экс-ученый секретарь Центра демографии и экологии человека,
Генеральный директор Агентства «Эс Джи Эм»


Анатолий Григорьевич не успел состариться, энергичный, подтянутый, увлеченный, с улыбкой на лице, невероятно работоспособный, в его уход невозможно поверить, это большое горе для всех нас.

Он был для меня таким авторитетом, что изучение любой темы я начинала с вопроса: а что по этому поводу думает Вишневский? Когда писала статью, мысленно надеялась именно на его одобрение. Огромное спасибо Вам, Анатолий Григорьевич, за Вашу мудрость, за все Ваши уроки – не только связанные с демографией!

Глубокие соболезнования Марине Ивановне, детям и внукам Анатолия Григорьевича.

В.И. Сакевич, Институт Демографии НИУ ВШЭ


Последние два десятилетия работали рядом с Анатолием Григорьевичем. Это были будни, насыщенные привычной рутиной работой. Но в этих днях мы всегда ждали с нетерпением Анатолия Григорьевича, пусть то выпуск Демоскопа, или выпуск Демографического обозрения, или отчет Института, или даже очередной праздник. Это были насыщенные и интересные дни, Анатолий Григорьевич всегда находил ответ на любые, казалось нерешаемые задачи, показывал пример своим оптимизмом и трудолюбием.

Анатолий Григорьевич, вы всегда с нами, в нашем сердце, пусть даже и незримы.

Ваши Кирилл Решетников и Мария Межевова,
Институт Демографии НИУ ВШЭ


Прощаясь с очень большим и очень значимым в моей жизни человеком, хочется забыться и вспоминать только бесконечную «живую» мозаику всего, что было: лекции, доклады, просто выступления и ремарки на наших институтских заседаниях, обсуждения «Населения России», предзащиты, представления курсовых и магистерских работ, а еще – роль Деда Мороза на новогодней вечеринке 2010 года, совместное завязывание галстуков на посвящении в демографы, шутки на нашем новоселье. А чего стоил рассказ Анатолия Григорьевича о том, как он помогал рабочему вытаскивать и отвозить до далекой свалки старую чугунную ванну: «мы с трудом втащили ванну в багажник машины, но она сильно торчала, мы с другим строителем бежали и поддерживали ванну, но иногда водитель начинал ехать слишком быстро и тогда мы не знали как за ним поспеть». А было Анатолию Григорьевичу тогда что-то около 75 лет. Я потом не раз рассказывала эту историю студентам, объясняя, что такое «самоохранительное поведение».

По прошествии времени, кажется, что главное, что мы получили от Анатолия Григорьевича - это заряд безостановочного познания и любопытства – в самом хорошем смысле этого понятия. Все эти годы мы слышали от него его приглушенно-спокойное: «а почему? Ну почему Вы считаете именно так?» и ты волей-неволей думал: а действительно почему. И этот очень простой (одновременно он же и самый сложный) вопрос будоражил мысль, заставлял искать новый факт, новый аргумент и как-то иначе взглянуть на ситуацию. Но есть еще несколько важных уроков, которые он дал и которым я бы хотела внять. Первый - работать всегда и везде и именно от этого получать удовольствие, Анатолий Григорьевич был таким воодушевленным тружеником и многостаночником, рядом с которым в зоне моей видимости нет никого. Второе - учиться всю жизнь и не бояться этого. Третье - быть бесконечно терпеливым и корректным в научных дискуссиях и спорах, не переходить в спорах на личности, оперировать фактами, быть очень корректным, тактичным. Четвертое- не жаловаться, каким бы длинным не был бы список предстоящих дел, Анатолий Григорьевич никогда не жаловался на их обилие, усталость или что-то подобное, кажется, это был такой драйв – справиться со всем и еще с чем-нибудь сверх того. Пятое - щедро благодарить надо не только посмертно. Мне кажется, мы недодали Анатолию Григорьевичу слов благодарности, он дал нам чрезвычайно много.

Есть еще много других уроков, которые предстоит осмыслить и принять. И есть большая проблема: научиться жить и думать на фундаменте Вишневского, но без него. Пока это выглядит невероятно тяжело.

Лилия Карачурина, кафедра Демографии Института Демографии НИУ ВШЭ


Свалившееся на нас горе еще только предстоит осознать. Это будет не расставание «до первых чисел августа», как было каждый год, кроме последнего. Было понятно, что со спадом лета он приедет, и все пойдет своим путем. Теперь - не приедет…

Это только кажется, что ученый, да еще его масштаба, занимается высокой наукой и больше ничем. Конечно, Анатолий Григорьевич был глубочайший теоретик, мыслитель, но сколько сил он отдавал просвещению во всех, и не самых благодарных и даже коварных, его ипостасях! До самых последних дней жизни Анатолий Григорьевич был, пожалуй, больше всех, гораздо более молодых коллег, погружен в широкий спектр проблем современной российской демографии и социально-демографической политики, находился на острие острейшей полемики, не всегда носящей академический характер. Его стремление привлечь внимание как широкой общественности, так и лиц, как принято говорить, «принимающих решения» к нашей науке, просветить их, поражало каким-то небывалым, несвойственным его солидному возрасту энтузиазмом. Его «упертости», воле и духу могли позавидовать все, за это им восхищались одни и недолюбливали другие. Он был ироничен и даже саркастичен, о чем есть огромное множество письменных свидетельств, многие из которых собраны в его авторской рубрике Демоскопа «Что мы знаем о лисе».

Несмотря на то, что А.Г. Вишневский придерживался мнения, что «возят на тех, кто везет», работать с ним было легко. Ты всегда точно знал границы своего участка работы, мог планировать время на ее выполнение так, чтобы минимизировать жесткие авралы. Все мы, сотрудники Института, росли в достаточно тепличных условиях, понимая, что Шеф найдет достойный способ решения любой проблемы, связанной с работой. Естественно, все это давалось ему путем постоянного напряжения недюжинных сил, которые, казалось, у него были просто неисчерпаемые. Увы.

Мы не замечали происходивших с ним изменений, представлялось, что он вечен, как тысячелетний кипарис или какое-то мифическое сверхсущество, безусловный харизматик. Перемены были заметны только после его возвращений из Франции – он всегда заметно свежел, лицо покрывалось красивым загаром, задорнее становились глаза. Сейчас, пересматривая видеоматериалы с его лекциями и выступлениями, все же видно, что последние годы дались ему очень нелегко. Но это сейчас. А еще три дня назад я был уверен, что Шеф выпутается и из этой, свалившейся на него ковидной напасти, на его пути встречались и не такие страшные «звери». Особенно после того, как в последнем, уже из больницы случайном (он ошибся телефонным номером) разговоре он изволил шутить… Но – даже его силы и воли оказалось для этого недостаточно. Теперь – сами…

Никита Мкртчян, Институт Демографии НИУ ВШЭ


Анатолий Григорьевич был единственным ученым такого масштаба, которого я знала близко. Говорить о нем в прошедшем времени все еще тяжело. Он был в каком-то смысле человеком Возрождения – по широте интересов и глубине понимания происходящих процессов. К тому же он объединял собой несколько важнейших и очень разных эпох – его активная деятельность началась еще в Сталинское время, и имела особую, всегда очень характерную для эпохи окраску, в Хрущевские и Брежневские времена. Он работал в проектном градостроительном Институте и таким образом имел отношение к жилищной реформе начала 1960-х годов. В 1970-е он был уже известным демографом-теоретиком, с 1980-х и до настоящего времени руководил нашим Институтом Демографии в разных его формах и под разными названиями.

Я впервые заметила его имя еще в детстве, в отрочестве, по журналистским статьям в Литературной газете и в Правде, на пересечения 1970-х – 1980-х годов. Именно тогда я увидела, что вопросы рождения детей – это научная проблема, смотреть на которую можно с разных сторон, в том числе и с социологически-гуманитарной точки зрения, которая, как я позже осознала, ближе всего именно мне. Но я тогда и представить себе не могла, что буду работать под руководством такого человека. Это казалось чем-то недостижимым…

Однако в 2000-е годы сложилось так, что я смогла к нему подойти и рассказать о своих интересах и желании работать в области демографической социологии. И он фактически дал мне путевку в жизнь – дал возможность такого вот “позднего расцвета” в рабочей деятельности, уже после рождения моих детей…

С ним можно было отлично разговаривать, спорить, не соглашаться, и постоянно узнавать что-то новое, видеть какой-то новый взгляд, при этом глубокий, продуманный и информированный…

Он отлично писал, у него был прекрасный язык с тонким юмором, и он поощрял писать всех, у кого в этом отношении видел какие-то способности, в том числе меня…

В общем, для меня это второй отец, нет человека, который ближе был бы к этой роли в моей жизни, хотя и мой настоящий отец имел для моего развития огромное значение.

Как и многие коллеги, ощущаю себя осиротевшей. Тем более что в конце октября 2020-го года я видела его в студии радио Свобода, и он был таким же сильным, умным и здоровым, как всегда…

Ольга Исупова, доцент кафедры демографии Института демографии НИУ ВШЭ


Уходят титаны, уходят легенды, уходят последние интеллигенты.

Думаю, что я не одинок в своем мнении, но, казалось, что Вишневский существовал всегда. Кажется, он проводил философские беседы с Платоном и Аристотелем, а ещё раньше вместе с Гомером уточнял потери в результате Троянских войн. Ну а уж с классиками XIX века в России и во всей Европе Анатолий Григорьевич точно был на широкой ноге и был настроен на их волну. И, безусловно, Вишневский и в будущем продолжит свое существование: огромное научное и культурное наследие в совокупности с новыми технологиями – всё это сделает (да и уже сделало) образ Анатолия Григорьевича живым и динамичным для многих научных «потомков» и последователей. Но между этими вечными состояниями есть очень короткое время моего живого общения с Мэтром.

Так уж вышло, что с Анатолием Григорьевичем я познакомился достаточно поздно. Действительно, хотя я и много о нем слышал, читал его книги, а с некоторых пор и регулярно Демоскоп, личная встреча и беседа все никак не могли состояться. В магистратуре и аспирантуре меня неоднократно хотели с Вишневским познакомить, но сама встреча произошла как-то буднично, на каком-то научном событии в Институте демографии, ещё в старом здании на Покровке, в коридоре. Далее я уже чаще посещал научные мероприятия, хотя тогда находился не так близко к науке, ещё, как бы сейчас сказали в industry. Общались мы уже чаще, я начинал участвовать в дискуссиях, помню даже по-доброму ироничные замечания Вишневского о том, что я со своей работой, для науки «отрезанный ломоть», с чем мы вместе сразу же и не согласились (и правильно сделали). А дальше я уже в Вышке, в Институте демографии. И здесь у Анатолия Григорьевича хотелось учиться всему и сразу.

Учиться жизнерадостности, учиться работоспособности (до сих пор неразрешимая для меня загадка), учиться пребывать в отличной физической форме (как же это легко у него получалось и, со стороны не виделось, никакого навязчивого ЗОЖ и биохакинга). Учиться увлеченности и умению просвещать. Учиться дипломатии и учиться вести себя так, чтобы потом отвечать за свои слова и поступки – как это потом понадобится при открытии и проведении своей магистерской программы, общении с чиновниками, журналистами, администрацией учебных заведений, а самое главное, учиться общению со студентами (а Анатолий Григорьевич прекрасно умел это делать, и не только награды «Лучшему преподавателю» тому подтверждение). Вообще умение легко и непринужденно общаться с разными людьми на разных языках все время быть интересным, но не поучать и не впадать в занудство больше нужного – вот что меня поразило на первой моей после трудоустройства в Вышку Зимней школе в Падуе.

Но в первую очередь у Анатолия Григорьевича хотелось учиться Интеллигентности. До общения с ним, такие люди (настоящие Интеллигенты) казались мне нереальными, книжными, а может быть, существовавшими в другое время, в другой стране и ином измерении. Но нет, вот именно такой человек стоял передо мной. Это та самая интеллигентность, которая помимо энциклопедических знаний, хороших манер, изящных искусств, занятия наукой, предполагает ещё и отстаивание активной жизненной позиции: очень корректно, но последовательно. Это та самая интеллигентность, предполагающая гибкость мысли, но твердость убеждений и мягкую силу (вот такое «добро должно быть с кулаками» в моем понимании этой фразы). Да и многому учиться, надеюсь, что я этому хотя бы местами научился.

Конечно, в условиях самоизоляции в 2020 году я уже общался с Анатолием Григорьевичем не так часто. Последний раз мы обсуждали рецензию на книгу в Демобозе (в 2021 году в одном из выпусков все, уверен, выйдет). Перед самым Новым годом я читал его тезисы к докладу на Апрельскую конференцию, и это снова были новые и свежие идеи. А ещё, уже в 2021 году я вдруг подумал, что в феврале у меня некруглый, но юбилей, интересно, что Вишневский мне пожелает, как поздравит)) Но получилось так, что посвящение на Демоскопе уже приходится писать мне для Анатолия Григорьевича.

Владимир Козлов, академический руководитель магистерской программы «Население и развитие» Института Демографии


Анатолий Григорьевич никогда не обращался ко мне на «ты» и всегда называл только Сергеем. Но я слышал, как иногда, разговаривая с С.А. Васиным или С.В. Захаровым, он говорил «Сережа», или писал «Женя», отвечая на письма Е.М. Андреева. И чем больше и доверительнее мы общались с Анатолием Григорьевичем, чем шире становился круг обсуждаемых нами вопросов, тем чаще я ждал того письма, в котором Анатолий Григорьевич назовет меня «Сережей». Но этого не происходило – Анатолий Григорьевич четко следовал тем правилам коммуникации, которые у нас с ним изначально выстроились. И эти, казалось бы, консервативные мелочи вселяли в меня какое-то спокойствие и уверенность.

Для большинства тех, кто очно или заочно знаком с Анатолием Григорьевичем, нет надобности перечислять, если это вообще возможно, его заслуги в развитии демографической науки, в просветительской деятельности, в безответном служении своему делу. Он работал по всем фронтам одинаково хорошо, не упуская из внимания ничего важного, но пропуская всякую требуху. Анатолий Григорьевич никогда не сомневался в том, что демография – царица всех наук, и развивал в нас всех это чувство гордости за то дело, которым мы занимаемся.

С Анатолием Григорьевичем нас познакомила Л.Б. Карачурина на предновогоднем вечере в Институте демографии в конце 2012 года. Я тогда уже преподавал небольшой курс на нашей магистратской программе и завершал работу над диссертацией на географическом факультете МГУ. Уже сейчас не помню, как прошло наше знакомство и о чем мы разговаривали, но с 1 февраля 2013 года я начал работать в Институте демографии. Безусловно, нашим основным общим делом стало создание и развитие журнала «Демографическое обозрение». Но были и конференции, проекты, семинары, общение с журналистами и властями. Совместных публикаций было не так много. Из основных, которые стали, если посмотреть под определенным углом, несколько пророческими - это наша совместная с Е.М. Андреевым публикация в «Демографическом обозрении» и небольшая заметка для вышкинского научно-образовательного портала IQ. Статья «Смертность от болезней системы кровообращения и продолжительность жизни в России», опубликованная в ДемОбозе, неожиданно и уверенно заняла первое место по числу цитирований в нашем журнале. Вторая публикация, над которой мы достаточно долго работали и много раз переписывали – «Смертность от COVID-19: взгляд демографа на статистику причин смерти в России и мире».

Неоценимую роль и поддержку сыграл Анатолий Григорьевич в создании в стенах Вышки нашей Международной лаборатории исследований населения и здоровья и во включении сотрудников этой лаборатории в только что созданный Научный центр мирового уровня «Центр междисциплинарных исследований человеческого потенциала». Анатолий Григорьевич постоянно готов помочь, даже когда дело уже казалось проигранным.

Несмотря на то, что уже около десяти лет мне знаком закон Гомперца, я никогда не задумывался о возможной кончине Анатолия Григорьевича. У меня вообще не возникало таких мыслей и страхов. Еще совсем недавно мы разговаривали о докторской диссертации, о планах по развитию журнала, об эпидемиологии и ее представленности в России, об учебнике по демографии – одним словом не о сиюминутных вещах…

В последний раз Анатолий Григорьевич позвонил мне утром 11 декабря, чтобы своим бодрым и умиротворенным голосом поздравить нас с супругой с рождением дочери. На мой ответ о том, что мы еще не определились с именем дочери (хотя у нас не было других вариантов кроме как Анна), Анатолий Григорьевич сказал - «мне кажется, что вы назовете дочь Анной». Ну куда тут было деваться. Тем более, что Анатолий Григорьевич пообещал эту новость «раззвонить на весь мир» (посредством Демоскопа, разумеется).

Анатолий Григорьевич стал, без преувеличения, для меня отцом. Мне повезло с прекрасными родителями, учителями, но тот, к кому можно всегда обратиться без боязни сказать что-то правильно или неправильно, кто всегда берет трубку телефона и никогда не отказывается поговорить, тот, кто не суетится и не паникует и тот, кто точно знает, чем помочь, и всегда берется за решение любой возникшей проблемы или новой задачи – один.

Каждый раз проходя мимо театра Современник, помимо Чулпан Хаматовой в роли Пат, я всегда вспоминаю Вас. И никогда не могу понять, как Вы добиваетесь той легкости и простоты в общении, несмотря на нашу с Вами разницу в 50+ лет, которая отныне, к огромному сожалению, начнет сокращаться. А Ваш искрометный анекдот про групповой секс…

Анатолий Григорьевич, Вы там будьте спокойны – мы будем обязательно стараться Вас не подвести. И уж точно будем читать Ваши книги и искать в них вдохновение.

Сергей Тимонин, Международная лаборатория населения и здоровья, Высшая школа экономики


Не могу никак поверить, что Анатолия Григорьевича больше нет с нами... Уникальный! Анатолий Григорьевич именно такой человек. Я благодарна судьбе, что она познакомила меня с таким выдающимся человеком с неисчерпаемой энергией как Анатолий Григорьевич. Помню, как готовилась к экзаменам на МП "Демография" по его книгам, а вскоре мне посчастливилось познакомиться и с самим автором лично. Помню, как во время обучения в магистратуре гордо говорила своим родным и друзьям что я учусь у звезды российской демографии. Анатолий Григорьевич был настоящим светилом демографической науки и не только. Заслуги Анатолия Григорьевича перед наукой бесчисленны. Человек с широким кругозором, его начитанность поражала, у него постоянно было интересно учиться и не только демографии, но и жизни. Его работы доступны для понимания не только учёным, но и людям, не имеющим отношения к науке, его статьи и книги всегда читаются с интересом, и казалось, что всегда он был на шаг впереди всех, как будто для него была открыта завеса будущего, поэтому не было ничего, чего бы он не знал.

Как человек Анатолий Григорьевич был открытым, тактичным, умеющим расположить к себе и доступный абсолютно для всех, он очень редко отказывал, а если и отказывал, то потому, что постоянно был занят работой. Казалось, что он только и умел, что работать. Он оставался живчиком и бодрячком, что всегда так удивляло и подкупало в нем. Достойный пример для подражания для меня, для многих.

Не могу поверить, что его больше нет с нами, все мне кажется, что он вот-вот позвонит и спросит: "Маша, что у нас там с экзаменом?" ...

Это большая и невосполнимая утрата для всех нас, для демографии в частности. Как будто вырвали душу у нашего Института демографии...

Светлая память, Вам, Анатолий Григорьевич! Спасибо Вам за все знания, за все жизненные уроки и за новогоднее волшебство от Деда Мороза. Мне будет Вас очень не хватать.

Мои глубочайшие соболезнования Марине Ивановне, детям и внукам Анатолия Григорьевича. Помню и горжусь, что была с ним знакома.

Мария Винник, Институт демографии НИУ ВШЭ


Анатолия Григорьевича не стало. Ушёл всегда учитель, часто коллега и никогда не начальник (к сожалению). Я знал АГВ 45 лет: читал, внимал, сотрудничал. Не думаю, что меня бы заинтересовала демографическая аспирантура, не будь «Демографической революции». Дело не только в том, что Анатолий Григорьевич ввёл в отечественный оборот «разработанную на Западе» важнейшую концепцию, хотя в то время в общественных науках это было остро необходимо и опасно. Он никогда не останавливался в её творческом развитии и плоды его исследований заняли выдающееся место в мировой демографии. Впрочем, не только в демографии, а и в общественных науках в целом: книги А.Г. Вишневского о демографическом развитии страны, несомненно, вошли в золотой фонд исследований о прошлом веке социальной истории нашей страны. Мне довелось работать в редколлегии Демографического обозрения, и я с удовольствием вспоминаю атмосферу свободы, царящей на заседаниях и в рецензированиях. Присущее АГВ искреннее уважение к коллегам, готовность делиться с ними и заимствовать у них: такая атмосфера очень нужна всем и вместе с тем редка как на родине, так и в зарубежье. Без Анатолия Григорьевича мир обеднел.

Сергей Иванов


Уход Анатолия Григорьевича Вишневского - огромная, невосполнимая потеря для российской демографии, это ясно всем. Хочу сегодня выложить вторую с ним беседу в цикле интервью "Взрослые люди" (всего их было три) - "Дорога к демографии". Впервые я увидела Вишневского на Демографической секции Дома ученых в сентябре 1972 года, куда пришла на первом курсе института. Тогда демография в СССР была, как мне кажется, в лучшем состоянии, чем любые другие социальные науки. Возможно, власти ее не боялись, считая не опасной, далекой от политики. Тогда руководителем секции был Б.Ц. Урланис, активно работали другие пожилые демографы, в частности, М.Я. Сонин - дедушка экономиста Константина Сонина. И была очень талантливая группа значительно более молодых демографов, одним из которых был Вишневский, недавно переехавший с Украины. Ему тогда было 37 лет. Он был немного моложе своих коллег по НИИ ЦСУ А.Г. Волкова, Л.Е. Дарского и постарше Е.М. Андреева.

Вишневского невозможно было не заметить - он был очень красив, эффектен, остроумен, блестящ. Когда раз в пять лет в Доме ученых проходили юбилеи секции, он был душой блестящих капустников, которые обязательно на этих торжествах проходили. Я не буду писать о научных достижениях Анатолия Григорьевича, которые огромны, хочется отметить, что он оказался прекрасным организатором. Ему удалось, несмотря на огромные трудности, создать и сохранить отличный коллектив, с которым проработал многие годы, даже когда наука практически не финансировалась. Не будет преувеличением сказать, что это специалисты мирового уровня. Когда был создан Институт демографии в Вышке, которым он все эти годы руководил, началась подготовка действительно прекрасных демографов. Мне совсем немного пришлось работать в Институте, я видела, насколько замечательно выучены эти магистранты. Длинную жизнь прожил Вишневский, и все равно рано. Огромное спасибо, Анатолий Григорьевич! Долгая, очень светлая память!

Любовь Борусяк, социолог, МГПУ, Свободный университет


Во-первых, выражаю свои соболезнования жене, детям и расширенной семье Анатолия Григорьевича, близким, друзьям и знакомым, всем, кто с ним пересекался по жизни. Нам всем очень повезло. Для меня Анатолий Григорьевич в первую очередь демограф, хотя у него есть достижения и в других областях. Завидую, по-белому, его трудоспособности и организованности, у него хватало времени на всё.

Во-вторых, опасаюсь, что вместе с Анатолием Григорьевичем из моих, в частности, оценок потихоньку уйдёт трезвость. Вишневский, как никто, мог стоять на своей позиции в любой аудитории, включая самую высокую, не теряя при этом доброжелательности, вежливости и убедительности. В связи с этим мои пожелание современным и будущим демографам: будьте как Вишневский.

Б. Денисов


Щемящее чувство утраты…

Анатолий Григорьевич Вишневский – большой ученый мирового уровня в области демографии, экономики народонаселения, истории населения, просветитель и учитель, организатор науки и университетского образования, создатель информационных научных порталов и журналов, эксперт и консультант мирового класса по демографической политике, писатель и редактор, лауреат множества наград. А еще он очень интересный собеседник и знатный рассказчик, мудрый руководитель и отличный семьянин, ученый, который будит научную мысль и сопереживание человеческим страданиям, благородный и искренний человек, который с легендарным спокойствием и достоинством успел сделать так много. Многие поколения исследователей учились и будут учиться на его статьях, книгах, выступлениях, учиться с интересом и наслаждением от процесса.

Мне посчастливилось работать вместе с Анатолием Григорьевичем лишь в последние годы его жизни. Одно из направлений работы – журнальная деятельность. В моем университете мы придумали делать новый журнал о населении и экономике. Я решила обсудить этот важный момент с Вишневским. Мы долго спорили с ним, хватит ли писателей и читателей для еще одного журнала в демографической сфере. Он предлагал объединить усилия для развития уже существующего научного журнала «Демографическое обозрение». Я говорила о том, что важна сеть журналов для перекрестных публикаций и расширения публикационного портфеля у молодых и зрелых авторов, о том, что у нового журнала есть своя предметная ниша. Мы не пришли к единому мнению. Но когда в МГУ все-таки зарегистрировали новый журнал, Анатолий Григорьевич согласился войти в состав редколлегии и открыть уже в первом номере теоретическую дискуссию о нерешенных вопросах демографической революции, чем здорово поддержал молодой журнал. Моя работа в редколлегии журнала «Демографическое обозрение» по приглашению Вишневского А.Г. также позволяла учиться вести журнальное дело.

Второе направление работы – диссертационные исследования молодых коллег. Анатолий Григорьевич блестяще оппонировал Жадре Шайкеновой на объединенной защите кандидатской диссертации по факторам распределения времени в домохозяйстве в диссертационном совете МГУ и перед французским жюри. Работа была выполнена в рамках программы совместного руководства аспирантами кафедры народонаселения экономического факультета МГУ и Института демографии Университета Париж-I-Сорбонна, чем и вызван был такой формат объединенной защиты. Он был одним из немногих ученых мужей его поколения и даже более молодых поколений, который понимал значение гендерных иерархий в демографическом развитии, поддерживал это направление мысли вне контекста политических настроений в обществе и финансирования темы.

И последнее, о чем хочется сказать в этот печальный день для российской демографии, для коллег, учеников и близких Анатолия Григорьевича. Вишневский А.Г. на протяжении своего творческого пути в науке и образовании позиционировал себя (и воспринимался так остальными представителями российской демографии) в качестве оппонента старой демографической школе – университетской школе Д.И. Валентея. Он создает свою демографическую школу. Не место здесь обсуждать степень различий наших взглядов, суждений, набора используемых методов, но точно можно сказать, что это большая удача для российской демографии – наличие конкурирующих школ. Спасибо большое Вишневскому за это. Только в условиях здоровой конкуренции можно развиваться десятилетиями, поддерживая научный азарт и стремление к достижениям.

Светлая память дорогому Анатолию Григорьевичу!

Ирина Калабихина,
Заведующая кафедрой народонаселения, экономического факультета МГУ, редактор журнала Population and Economics


Завершил свою земную жизнь Анатолий Григорьевич Вишневский. Завершил слишком рано. И критерием здесь, видимо, является не возраст, а то, сколько человек еще мог сделать. Анатолий Григорьевич мог сделать еще очень и очень много.

В прошлом году в журнале «Демографическое обозрение» была опубликована его чрезвычайно интересная и важная для развития демографической науки статья «Эпидемиологический переход и его интерпретации». Видимо, одна из последних его больших работ. Эпидемиологический переход, конечно, не обратим. Но возможны временные «откаты». Результатом такого «отката» и стал уход из жизни Анатолия Григорьевича. О его смерти от COVID, по сути дела, можно говорить, как о смертельном ударе в спину из прошлой фазы эпидемиологического перехода.

Сказать о том, что Анатолий Григорьевич Вишневский — это целое явление в отечественной демографической науке, это почти ничего не сказать. Выдающийся ученый, блестящий теоретик и исследователь, прекрасный публицист. Он создал целую школу последователей. Большое количество тех, кто когда-то начинал работать с ним, под его руководством, теперь уже сами маститые и известнейшие ученые. Огромное количество совсем молодых учеников и последователей – выпускников и учащихся Высшей школы экономики.

Мы много спорили, дискутировали, не соглашались друг с другом по каким-то позициям, но это были те споры, которые побуждают к развитию и углублению исследований, в которых зачастую рождается истина.

Увы, больше с Анатолием Григорьевичем уже не подискутировать и не посоветоваться, хотя зачастую это бывает очень нужно. Остались ученики, остались статьи и книги, благодаря которым Анатолий Григорьевич вырастит еще ни одну плеяду демографов.

Спасибо Вам огромное, Анатолий Григорьевич, за все то, что Вы сделали для демографической науки, за то, что Вы были с нами. Простите, пожалуйста, за все.

Наиболее тяжела потеря для родных и близких Анатолия Григорьевича Вишневского, коллег, которые непосредственно с ним работали. Примите, пожалуйста, мои соболезнования.

Наша память о родных, друзьях, коллегах, которые ушли из земной жизни, будет жива до тех пор, пока живы мы. Всем хорошего здоровья и долголетия.

Владимир Николаевич Архангельский, МГУ им. М.В. Ломоносова


У многих первая реакция на весть о смерти АГ - вопль неоправдавшегося ожидания: как же Вы, АГ, откладывали написание мемуаров? Теперь кто сделает это и это? Говорит эти слова наша зависимость от щедрого и доброжелательного влияния АГ на нас. АГ был терпим к нашим слабостям и робостям, и, по мере сил подготовил нас к тому, чтобы мы и без него попытались справится с трудностями опять нелегкого времени. Нам надо стараться.

Власов Василий Викторович, Высшая школа экономики


Глубокие соболезнования коллективу Института демографии и конечно же родным и близким!

Объем организационной работы, который проводил Анатолий Григорьевич, был огромен, сочетание научного и управленческого таланта уникально, а его теоретическая концепция еще при жизни заняла почетное место в учебниках демографии – такое случается нечасто. В текстах своих он был жестким оппонентом, но научные споры с ним не оставляли неприятного осадка, напротив, общение, даже полемическое, приносило удовольствие, становилось интеллектуальным праздником - таковы были его мощная логика, легкая ироничность, высокая культура. Утрата поистине невосполнима – с уходом Анатолия Григорьевича демография потеряла одного из самых преданных и блестящих своих рыцарей.

М.А. Клупт, декан гуманитарного факультета Санкт-Петербургского государственного экономического университета


Иногда говорят, что масштаб личности виден после ухода. Масштаб личности Анатолия Григорьевича был понятен всем, кто его читал или слышал, и тем более тем, кто с ним работал. Мне посчастливилось лично общаться с Анатолием Григорьевичем в рамках сопредседательства конференции на РЭК-2013, и это добавило к моему восхищению профессионализмом восхищение, с одной стороны, терпимостью к чужой точке зрения, и при этом нетерпимостью и жестким отпором мракобесным (и такие встречаются) идеям. Наверное, именно эти качества и позволили Анатолию Григорьевичу, большому ученому-обществоведу, вместе с единицами настоящих ученых-обществоведов его поколения и поколения постарше, сохранить общественную науку в нашей стране, собрать вокруг себя и воспитать достойную смену свободно мыслящих профессионалов своего дела. Светлая память Анатолию Григорьевичу.

Ирина Денисова, РЭШ и МГУ имени М.В. Ломоносова


Потрясена и глубоко опечалена известием о смерти Анатолия Григорьевича. Мы не были тесно связаны совместной работой, но регулярно общались на различных научных встречах. Слушать его доклады, читать книги, статьи и публикации в прессе, обсуждать с ним важные научные и общественные проблемы всегда было огромным удовольствием. Научная добросовестность, гражданская честность и смелость сочетались у него с глубокой интеллигентностью и благожелательностью. Мои мысли сегодня с его семьей, коллегами и учениками.

Искренние соболезнования в связи с этой тяжелой утратой.

Елена Филиппова, Институт этнологии и антропологии РАН


Мои глубокие соболезнования.

Он для меня остается образцом ученого и человека!

Александр Иванович Алексеев, МГУ имени М.В. Ломоносова, географический факультет


Завершился земной путь большого ученого и мыслителя. Анатолий Григорьевич Вишневский сделал очень много для объяснения не только демографических процессов, но и более широких общественных трансформаций. Уже 20 лет я учу студентов пониманию многообразия трансформаций в России, опираясь на его книгу "Серп и рубль". Она вышла в конце непростых 1990-х и стала для меня открытием, показав и объяснив широкий спектр социальных изменений в России, разную их скорость и глубину, многочисленные барьеры. Его работы 2010-х о демографическом переходе в странах догоняющего развития связывают в логической последовательности демографические процессы, урбанизацию и рост территориальной мобильности населения, объясняя причины резко возросшего потока мигрантов в развитые страны. Анатолий Григорьевич всегда умел отвечать на вызовы времени аргументированным языком науки, доступным для широкой аудитории. И всегда умел спокойно и достойно отстаивать свою позицию в общении с теми, кто не понимает демографических процессов или просто подстраивается под желания властей. Вишневский уникален сочетанием качеств мыслителя и ученого, просветителя и популяризатора, стойкого борца за адекватную демографическую политику. Его уход невосполним, мы все осиротели...

Наталья Васильевна Зубаревич, МГУ имени М.В. Ломоносова


Как жаль! Такой светлый, талантливый, тонкий человек! И всего себя отдавал до последнего. Огромная потеря и для тех, кто его знал, и для нашей науки.

Татьяна Нефедова, Институт географии РАН


Только не Анатолий Григорьевич, только не Вишневский...

В качестве эмоции Фейсбук предлагает "опустошение" - да, пожалуй, именно оно. Без него пусто не только в науке, без него как-то вообще теперь пусто.

Аверкиева К., Институт географии РАН


Дорогие коллеги, какая печальная новость… Это огромная, совершенно невосполнимая потеря и для демографов, и для всего нашего научного сообщества...

Владимир Стрелецкий, Институт географии РАН


Яркий, многосторонне талантливый человек, книги и статьи которого были богаты идеями, и при этом их можно было читать как литературные произведения. К сожалению, я не очень много с ним сталкивался, но масштаб его личности ощущал даже на расстоянии, по его работам и выступлениям.

В. Колосов, Институт географии РАН


Мои слова соболезнования. Очередная НЕВОСПОЛНИМАЯ утрата ученого, сильной личности я бы даже сказал мыслителя, чья точка зрения могла не совпадать с позицией власти. Но остались книги, много книг и главное, идеи...

Александр Катровский, Смоленский государственный университет, географ


Для меня это был ученый, от которого зависело в нашей российской демографии многое и который за многое в ней отвечал.

С мягкой улыбкой и тонкой иронией, без раздражения и с большим упорством, он сумел создать, развить и сделать важной частью для российской научной среды несколько крупных проектов.

Центр Демографии и экологии человека в ИНП РАН, рядом с которым вырос и наш Центр миграционных исследований.

Ежегодный демографический доклад "Население России", обстоятельно и на самой свежей фактуре анализирующий демографическое настоящее и будущее России.

Демоскоп Weekly - самый интересный, читаемый и компетентный русскоязычный демографический ресурс, имеющий даже критико-юмористический отдел "Что мы знаем о лисе?", бичующий напыщенное демографическое невежество смехом.

Институт Демографии при ВШЭ, расширивший возможности для развития демографического сообщества в России и напитавший нашу демографическую среду новыми молодыми исследователями.

Журнал "Демографическое обозрение", который сразу поставил высокую планку публикуемых текстов.

И кроме этого, многочисленные статьи, аналитические тексты, доклады и книги, написанные очень простым и понятным языком, разговаривающие со своим читателем неторопливо и обстоятельно.

Помню, как на одной из конференций чиновник, в очередной раз перечислив цифры, за которыми не видно человека и людскую беду, начал рассуждать о тех ограничениях, которые так досаждают спокойному развитию нашей страны и мешают огромному количеству россиян и приезжих, но, конечно, не таким как он. А Анатолий Григорьевич с детской непосредственностью спросил, а почему всё это нельзя отменить? А зачем это? И почему это до сих пор есть? Чиновник бледнел и возмущался: "Это же очевидно, что без этого нельзя, почему Вы задаёте такие наивные вопросы, Вы же всё понимаете!" А в ответ получал то же спокойное и здравое: "А я не понимаю, почему нельзя?". Спасибо Вам, Анатолий Григорьевич за такие вопросы и несогласие с глупостями. Нам будет Вас очень не хватать!

Дмитрий Полетаев, директор Центра миграционных исследований


"Убывающая Россия" -- так назывался последний эфир "Археологии" с Анатолием Григорьевичем 28 октября прошлого года. Мы волновались, сможет ли он прийти в свои почтенные годы - осенняя волна еще только поднималась -- выслали за ним такси. Он пришел, как всегда, вовремя -- пунктуальный, элегантный, изящный (у него была мягкая кошачья грация, которая не исчезала с возрастом) и неотразимо аристократичный. Это был настоящий аристократ ума, в его присутствии хотелось выпрямиться. Из ушедших в последние годы рядом с ним вспоминается только Георгий Мирский. Эти люди вынесли из двадцатого века совершенно иную выучку, закалку, этическую цельность и смотрелись в нашем заболоченном мелкотравчатом пейзаже 21 века одинокими статными деревьями.

Мы говорили тогда в эфире о смехотворности нацпроектов по увеличению рождаемости, всей этой биополитики материнского капитала и строительства на окраинах городов курятников-человейников для рождения детей, о том, что вместо этого надо повышать качество жизни и здравоохранения, бороться с бедностью и с высокой смертностью. (дать ссылку на https://www.svoboda.org/a/30915410.html) Название эфира оказалось пророческим -- России сегодня сильно убыло.

Какая сволочная логика ковида, снимающего верхний культурный слой, любимых и заслуженных артистов, ученых, музыкантов. Человеческий и культурный капитал гораздо сильнее сконцентрирован в верхней части возрастной пирамиды, старость - это великое свойство человека, которое позволяет обществу более полно аккумулировать опыт и делиться информацией. И именно эту верхушку срезает коронавирус: когда все закончится, мы посчитаем потери и ужаснемся. Пандемия ускоряет и без того стремительно идущий у нас ухудшающий отбор.

А ниже в пирамиде гуляет молодежь, тусуется по клубам, жужжат ковид-диссиденты и антипрививочники, отмахиваются рукой: "переболеем все", "кому суждено умереть - умрет". Два месяца назад этому человеку не было суждено умирать, как и ушедшему вчера Борису Грачевскому, как и борющейся сейчас за жизнь Алисе Фрейндлих. Самый страшный вирус, поразивший Россию, это тупость и равнодушие. Поэтому она и убывает, количественно и качественно.

Вечная память Вам, Анатолий Григорьевич! Спасибо за все Ваши книги, лекции, за все наши эфиры (думаю, не менее десятка), за светлый ум, ясный взгляд и человеческое достоинство.

Сергей Медведев, политолог


Умер Анатолий Григорьевич Вишневский, великий русский демограф, понимания которого превращали демографию в пронизывающий прожектор, высвечивавший национальную историю академически строго и драматически полно. Человек какой-то нездешней внутренней и внешней красоты, тонкости, легкости, один из тех людей, про которых безумно жалко всего, о чем ты с ними не успел поговорить.

Мы не виделись последние два-три года, кажется, но тогда, в последний раз (или предпоследний) он, несмотря на то что было ему за 80, совсем не был старым, он вообще не был старым. Мы говорили с ним полчаса или больше про речь Маленкова 1954 г. Это один из тех маленьких эпизодов большой истории, которые обозначают, приоткрывают, каким образом все могло бы пойти не так, как пошло. (Не то, чтобы все было хорошо, просто совсем не так). Мало того, что вообще не со всяким можно поговорить вволю о речи Маленкова 1954 г., так Анатолий Григорьевич еще рассказывал, как он и другие слышали и услышали эту речь тогда (ему было около 20 лет).

Потом я не выполнил одну его просьбу или мое обещание.

Нельзя вернуть, но удержать. Не говори с тоской, их нет, но с благодарностию: были.

Кирилл Рогов, политолог


Ну как же так, дорогой Анатолий Григорьевич. Я ведь трижды просил Вас выступить не с демографической лекцией, а с воспоминаниями. Послевоенный Харьков - разговоры, быт и нравы харьковских и киевских экономистов и демографов в 1960-х, и то же про московских демографов, экономистов и статистиков в 1970-х. И Вы обещали, что обязательно сделаете такие лекции, но сейчас рано мемуарами заниматься, потом, позже, когда будет время, потому что очень некогда. Трижды обещали! И в 2019 году, и в 2015-м, и где-то между этими двумя датами...

Борис Грозовский, журналист


Умер Вишневский - умный, большой, ясный, красивый во всех отношениях человек. из тех, кто мог и ребенку объяснить сложное. Из тех, кто никогда не ленился думать. Кто никогда не боялся думать поперек, точнее, вообще безотносительно линий.

Присмотрелась к дате рождения. Невозможно. Просто удивительно - было ему 85, а в голове его были свет и порядок.

Вообще почему-то эта цифра с ним не складывается никак. Наверное, потому что так и ушел молодым ((

В последний раз видела его месяца три назад, в метро, сидели друг напротив друга. Я ему радостно и бурно сигналила, а он вежливо, но несколько неуверенно отвечал. Потом я поняла: мы оба были в масках, но меня уполовиненную не узнать - раз плюнуть. А его кудри и брови - невозможно.

Буду всегда помнить.

Татьяна Малкина, журналист


Сегодня умер Анатолий Григорьевич Вишневский (род. 1935), великий ученый-демограф, прекрасный писатель, выдающийся публицист и организатор науки.

Скорблю всем сердцем. Счастлив, что был с ним знаком.

Денис Драгунский, писатель, публицист


Ох, умер Анатолий Григорьевич. И оказалось ему больше лет, чем я думала. На одном из ранних моих выступлений на демографическую тему, на ОГФ, спустившись со сцены, я тихо спросила у него (он выступал раньше), не несу ли я какой-то отчаянной ереси - всегда ведь страшно заходить на соседнюю специальность. Нет, сказал он, ереси не было (уф!). По его учебникам учимся и будут учиться - это форма бессмертия, и одна из лучших.

Екатерина Шульман, политолог


До меня дошло печальное известие о смерти Анатолия Григорьевича Вишневского, Вишневский был моим коллегой, с которым я был тесно связан на протяжении десятков лет, и это всё строилось на взаимном уважении и симпатии. Скорблю со всеми, кому он был дорог.

Александр Бабенышев (С.Максудов)


Скорблю с вашим вышкинским коллективом и всем демографическим сообществом.

Уход Анатолия Григорьевича, демографа с большой буквы, — это тяжелая потеря для мировой демографической науки.

У меня было лишь несколько встреч с Анатолием Григорьевичем, я его больше знала по научным трудам. Его работы всегда были для меня образцом демографических исследований высочайшего уровня, примером философского осмысления, социологической интерпретации, политико-экономической характеристики, социокультурного и цивилизационного представления процессов в сфере народонаселения.

Анатолий Григорьевич навсегда останется в моей памяти и моем сердце.

И.П. Цапенко, ИМЭМО РАН


Очень грустная весть о кончине Анатолия Григорьевича. У меня остались самые светлые воспоминания о нем – открытом, смелом в суждениях и при этом мягком в человеческих отношениях. Для многих он был Иконой. Примите мои соболезнования коллективу Института.

Л.И. Бардакова, Институт демографических исследований ФНИСЦ РАН


Узнала в пятницу о смерти Анатолия Григорьевича и сразу последнее письмо его всплыло в голове! Мы переписывались с ним по поводу статьи. Так он красиво сказал: «Число страниц - не главный критерий, теоретически он может быть любым. Общее пожелание - как к любому научному докладу и вообще научному тексту: он должен быть похож на женское платье, т.е. быть достаточно длинным, чтобы быть приличным, и достаточно коротким, чтобы быть интересным». Лучше не скажешь!

Ушел такой замечательный и доброжелательный человек и настоящий ученый, классик при жизни! Целая эпоха держится на нем и его трудах и еще на нескольких ныне живущих наших ученых.

Он был международно-признанным ученым. Даже во Франции, стране, которая, несомненно, гордится своей демографической школой, он был признан, и не только потому, что знал французский или из-за семьи. Его вклад в науку безусловен! Его научные работы читаются как романы. Молодому поколению надо на его работах учиться как писать научные работы.

Было бы хорошо организовать ежегодные демографические чтения в знак памяти его огромного вклада в демографическую науку.

Ирина Молодикова, Центрально-Европейский Университет, Вена-Будапешт


Невозможно принять то, что с нами больше нет Анатолия Григорьевича … О том, что сделал Анатолий Григорьевич для российской/советской демографии, немало написано – еще свежо в памяти его чествование по поводу 85-летия, - так что не буду повторять. Но то, что он собрал замечательный высокопрофессиональный коллектив, создал читаемый во все мире «Демоскоп», долгие годы был редактором ежегодных демографических докладов «Население России», не могу не отметить. Это бесценно и незабываемо.

Вся моя научная жизнь в демографии неотделима от общения с Анатолием Григорьевичем и на научных мероприятиях от Москвы до Пекина, и в неформальной обстановке. А разве можно забыть помощь Анатолия Григорьевича в ситуации, когда некто «позаимствовал» значительный фрагмент моего текста.

Российская демография осталась без лидера, и эта потеря невосполнима.

Гаянэ Сафарова


В конце 1970-х я выбирал сектор, в котором хотел бы работать в Институте социально-экономических проблем. Социолог А. Назимова посоветовала мне задуматься о демографии. Она сказала мне: "Прочти “Демографическую революцию" А. Вишневского. Я был впечатлён и сделал свой выбор. Позже мне посчастливилось встретиться и пообщаться с Анатолием Григорьевичем несколько раз, и я хочу поделиться моими воспоминаниями некоторых из встреч.

В конце 1980-х на конференции в Харькове один известный демограф выложил книгу «Демографическая революция» с закладками. Он открывал эти закладки и критиковал каждое положение по очереди. Анатолий Григорьевич взял слово и сказал: «Я вижу, что моя книга стала для этого ученого настольной. Ничего страшного в этом нет, особенно если книга хорошая».

В начале 2000-х мне выпала честь выступать в отделе Анатолия Григорьевича. Tема была очень противоречивой. После презентации Анатолий Григорьевич любезно пригласить меня в свой офис, и в частном порядке дал мне несколько ценных советов относительно будущих направлений исследований.

Очередная встреча состоялась на Российском экономическом форуме в Суздале в 2013 году. Как всегда, в ходе тематических сессий шли жаркие дискуссии. Однако позже, когда собрались в кафе, атмосфера и общение между оппонентами были очень теплыми. И это было очень характерно для Анатолия Григорьевича, никогда не сводившего дискуссии по существу к «выяснению отношений» и личным нападкам. А для этого нужно много выдержки и достоинства, учитывая, сколько некомпетентных людей нападали на доктора Вишневского без причины.

Я думаю, что другие коллеги отметят на этих страницах его преданность науке, уникальные организаторские способности, способность создать академическую среду, в которой работают многие ученые, которые стали всемирно известными, и его вклад в демографическую область. В заключение я бы процитировал одного из коллег, который после печальных новостей сказал: «Мы все осиротели», имея в виду «демографическую семью», нашу профессиональную гильдию.

Dr. Yuri Frantsuz, PhD, доцент, Ассоциированный сотрудник, СИ РАН - филиал ФНИСЦ РАН


Если кто-либо осознавал величайшую теоретическую и практическую значимость демографической науки для общественности в 70-х годах прошлого века – среди этих личностей, несомненно, следует упомянуть Анатолия Григорьевича Вишневского.

Наша непосредственная встреча состоялась перед защитой моей диссертации, в 1982 году, в отделе демографии социологического института Академии наук СССР. Хорошо помню, что после ознакомления с моей диссертацией и некоторых поправок, он отметил, что это – чисто грузинская работа, говорящая о любви и интересе к своему народу. С течением времени мы подружились. Я лучше узнал Анатолия Григорьевича и, помимо ученого, увидел всесторонне образованную, принципиальную, скромную, интеллектуальную личность. Он был дружелюбен, общителен. Не помню, чтобы он хоть раз отказал мне и моим коллегам в совете и консультации. Он много знал о Грузии и всегда интересовался всем, что происходит в нашей стране. Анатолий Григорьевич любил и уважал грузинский народ, что ощущалось при каждой встрече с ним.

Не говоря о его фундаментальных трудах и научных исследованиях, большой интерес представляли его публичные выступления на научных конференциях. Хорошо помню, как он выступил с презентацией на международной конференции в Тбилиси, в 1990 году, на которой он предстал как демограф-теоретик с концепцией демографического перехода, которая всегда подвергалась критике некоторых демографов. Несмотря на это, профессор Анатолий Григорьевич Вишневский упорно продолжал работу в этой области и создал свое направление (школу) в демографии. Достоинство этой концепции оценили впоследствии. Он хорошо был знаком с теориями западных ученых, когда они еще не были известны не только научной общественности, но и узкому кругу ученых-демографов.

Естественно, передача воззрений западных демографов была осложнена в период тоталитарного режима и коммунистической идеологии того времени. Их окрестили реакционными, антинаучными и антинародными и другими похожими эпитетами, но Анатолий Григорьевич никогда не поступался своими принципами, что свидетельствует о его достоинстве, как ученого и гражданина.

Трудно представить себе другого такого ученого, чьи труды вызывали бы столько интереса, дискуссий, критики, обсуждений, что, естественно, имеет огромное значение для развития научной мысли. Он всегда принципиально не сходил с этого пути и упорно защищал свои убеждения.

Анатолий Григорьевич был основателем и главным редактором первого информационного бюллетеня «Население и общество», а также главным редактором первого электронного журнала «Демоскоп Weekly».

В кругу своих коллег я неоднократно отмечал и хочу повторить сейчас: – даже если бы представителями моего поколения не были достигнуты важные научные результаты – мы были бы горды тем, что нам посчастливилось сотрудничать с блестящей когортой не только ученых высокого ранга и интеллекта, но и высокоморальных личностей, достойных подражания. В их числе - и Анатолий Григорьевич Вишневский.

В его 85 лет мы не замечали тяжести прожитых им лет – он был активен, энергичен и работал с молодежным задором.

Его глубоко научные труды имеют значение и актуальны бля будущих поколений. Счастлив выдающийся ученый-демограф, социолог, многогранный исследователь, педагог и общественный деятель, которому предназначено бессмертие, благодаря его научным трудам и деятельности.

Автандил Владимирович Сулаберидзе,
директор Института демографии и социологии Государственного Университета Ильи, Грузия, доктор экономических наук, профессор


Есть огромное количество людей, которые знали Анатолия Григорьевича больше и ближе меня. Наше личное знакомство было хотя и довольно давним, но в общем-то поверхностным. В основном встречи и короткие разговоры на семинарах и конференциях. Как все мы, я понимаю, какая это невосполнимая утрата для науки, для нашего профессионального сообщества. Но для меня его уход – это и большая личная потеря. Я восхищаюсь его книгами и заставляю читать их своих студентов. Мне очень нравился спокойный и открытый стиль его публичных выступлений. С наслаждением от умного и тонкого текста прочитал подаренное им «Жизнеописание Петра Степановича К.». Еще раз убеждаюсь, что незаменимые люди есть…

Виктор Дятлов, доктор исторических наук, профессор, Иркутский госуларственный университет


Мне казалось, он будет всегда...

Анатолий Григорьевич - мудрый, ироничный, глубокий и очень понятный... Для поколений российских демографов, социологов, урбанистов моложе пятидесяти, наверное, нет более знакового имени. Нет слов...

Константин Вадимович Григоричев,
д.с.н., проректор по научной работе и международной деятельности Иркутского государственного университета


Новость о смерти Анатолия Вишневского – шок, к которому трудно привыкнуть.

С курса «Демографии» в студенчестве и до последнего времени всё, что касалось демографического анализа, мнений, как регулировать воспроизводство населения и как приспособиться к тем процессам, которые регулированию не поддаются, оценки демографической политики – всё это неминуемо включало публикации, комментарии Анатолия Григорьевича. Я не была знакома с ним лично, но в нашем, как оказывается, небольшом академическом сообществе мы связаны хотя бы «через одного»: Вишневский был оппонентом диссертаций старших коллег, коллеги привозили впечатления и ежегодные демографические доклады с его конференций, наши студенты уезжали учиться в магистратуру Высшей школы экономики на его программу по демографии. Из их вдохновенных, эмоциональных рассказов об Анатолии Григорьевиче, его книг, публикаций, выступлений непроизвольно получался знак равенства между «демографией» и «Вишневским».

«Демографический поворот» в социальной политике дал возможность многим почувствовать себя экспертами по вопросам рождаемости, пенсионного возраста, миграции. И в этой многоголосице у Вишневского всегда был свой голос и своё мнение, эрудированное, обоснованное массой данных, последовательное, иногда ироничное, критично настроенное по отношению к «демографическому консерватизму», нестереотипное – запомнилась в одной из статей неожиданная связка неравенства и смертности: именно высокая продолжительность жизни наиболее полно воплощает принцип равенства... Для нашей памяти о Вишневском осталось большое наследие.

От имени коллег выражаю соболезнования родным, близким, коллегам, ученикам Анатолия Григорьевича.

Татьяна Черкашина, Кафедра общей социологии, экономический факультет, Новосибирский государственный университет


Не стало Анатолия Григорьевича Вишневского… Но, это не означает, что он перестал быть вместе с нами. Личность такого масштаба, глыба демографии, светлый ум во всех проявлениях науки и творчества, и по природе своей - самый человечный человек, не может уйти навсегда. Он с нами, пока мы живы сами, и всегда останется в памяти тех, кто хоть как–то причастен изучению вечных вопросов рождения, жизни и смерти.

Размышляя об общих и естественных демографических закономерностях и противоречиях, сам Анатолий Григорьевич говорил: «Мы слишком рано умираем». Но мы говорим ему во след: «Да, ушли Вы рано, но жить будете вечно». Не только в памяти нашей, но и в добрых делах, помыслах и поступках.

С глубоким прискорбием и сожалением,

Рим Валиахметов, Декан факультета философии и социологии, Башкирский Государственный университет, Уфа


Сложно принять, что Анатолия Григорьевича больше нет с нами… Всегда казалось, и так и было, что он был центром притяжения при различных демографических мероприятиях, от многочисленных международных конференций до камерных, небольших семинаров. Всегда неспешный, сдержанный, он начинал негромко говорить и неизменно увлекал всех участников и слушателей в глубокий ход своих мыслей, напоминая, а кого-то знакомя, с удивительными историческими фактами, значимыми демографическими событиями, объективной логикой развития общества и человека. Запомнились его комментарии при обсуждении научных работ молодых исследователей, магистрантов, диссертантов - порой критичные, но всегда доброжелательные, и понималось, что главное для него - это истина, правда, реальность, которую он умел изучать и объяснять.

Полет творческой мысли, широта мировоззрения, высокая образовательная миссия, присущие Анатолию Григорьевичу, очень близки работе всего высокопрофессионального коллектива Института демографии ВШЭ. Огромный опыт, глубокие знания, смелость взглядов и чуткость ко всему новому останутся ярким примером жизни и творчества Анатолия Григорьевича, помогая его ученикам и последователям, придавая уверенности коллегам в реализации их научных достижений и планов.

Сиротко Майя Леонидовна, Самарский государственный медицинский университет


От себя лично и от сотрудников Центра демографических исследований выражаю глубокое соболезнование в связи с уходом из жизни выдающегося ученого-демографа Анатолия Григорьевича Вишневского.

Анатолий Григорьевич Вишневский внес огромный вклад в развитие демографической науки, а его научные труды являются основой для понимания динамики демографических процессов.

Я впервые познакомилась с Анатолием Григорьевичем на курсах «Население и развитие» в 2011 г. Его лекции, как и манера общения с участниками, оказали на меня неизгладимое впечатление. Человек энциклопедических знаний, внимательный, доброжелательный и очень открытый он не мог не снискать уважение и признание как ученый, и как личность.

Анатолий Григорьевич Вишневский навсегда останется в нашей памяти. Его уход – невосполнимая утрата для российской и мировой науки.

Ольга Евсеевна Гагауз,
заместитель директора Национального института экономических исследований, Молдова


Российская демография понесла абсолютно невосполнимую утрату... Сегодня от ковида скончался демограф России № 1 - Анатолий Григорьевич Вишневский.

Его вклад в демографическую науку в нашей стране невозможно переоценить - он просто колоссален!

В профессиональном сообществе демографов были те, кто не разделял каких-то из его взглядов, но не было тех, кто бы его не уважал и не считал его выдающимся специалистом и корифеем демографической науки.

Поистине невосполнимая потеря! Второго такого нет.

Я лично встречался с ним только два раза в жизни, и оба раза мы лишь обменялись с парой фраз. Однако я безусловно считаю его своим Учителем. Заочным Учителем, как я это называю.

По ЕГО книгам, статьям, интервью, видеолекциям я изучал демографию. ЕГО работы были первыми демографическими текстами, что я прочитал в 2003 г., когда впервые взялся за курсовую по населению стран СНГ...

А ещё он сделал Демоскоп Weekly - безо всяких сомнений лучший демографический ресурс в русскоязычном интернете.

А ещё он умел с невероятной убедительностью, точностью и при этом элегантностью формулировать свои мысли. Он как никто другой умел обосновать, "почему демография важнее всего".

А ещё у него не было своего YT-канала, а должен был бы быть, непременно. И мы его сделаем, обязательно.

Я не знал его лично, не знал его в личном человеческом общении, и вместе с тем он стал очень значимым для моей жизни человеком... Вот так, за три тысячи километров. Он - в Москве, я - в Барнауле.

Так много мыслей в голове, и не знаю, какие из них и как именно правильно изложить, чтобы точнее выразить своё отношение к Анатолию Григорьевичу...

Не одно десятилетие и не одну сотню страниц он посвятил анализу смертности в России, а вот теперь и сам стал её частью. Последнее предстоит и каждому из нас. Не будем забывать об этом.

Еремин Алексей Алексеевич,
к.г.н., доцент кафедры экономической географии и картографии Алтайского государственного университета,
доцент кафедры государственного и муниципального управления Алтайского филиала РАНХиГС


Я глубоко опечален известием о смерти Анатолия Григорьевича... Кончина Анатолия Григорьевича Вишневского - это большая утрата для мировой демографической науки. Мне посчастливилось быть лично с ним знакомым. Уважаемый не только в России, но и в мире, известный ученый-демограф, написавший много серьезных трудов...

Анатолий Григорьевич был особой личностью, великим талантом, но самое главное — добрым человеком, который ко всем относился с одинаковым уважением, независимо от титула и положения. Анатолий Григорьевич был целой эпохой в советской демографии.

Приношу свои самые искренние соболезнования всем родным и близким.

Руфат Эфендиев,
к.э.н., доц., заведующий отделом «Демографический анализ и планирование»,
Национальная обсерватория по вопросам рынка труда и социальной защиты,
Министерство труда и социальной защиты населения Азербайджанской Республики


Услышал печальную новость о смерти Анатолия Григорьевича Вишневского.

Я хочу выразить вам и всему коллективу Высшей Школы Экономики глубокие соболезнования по поводу внезапной смерти Анатолия Григорьевича.

Это непостижимая потеря.

Искренне сопереживаем и скорбим вместе с вами,

Dr. Meder Omurzakov, International Program Coordinator United Nations Population Fund (UNFPA)


Анатолий Григорьевич Вишневский был не только замечательным человеком, но и гигантом и российской, и мировой демографии. Его уход – это невосполнимая потеря! Хочется верить, что созданная им научная школа сохранится и его дело будет продолжено его многочисленными учениками!

Андрей Коробков, профессор Университета штата Теннесси


Я с большим сожалением прочитал, что скончался сегодня Анатолий Григорьевич Вишневский. Это огромная потеря демографии. Очень сожалею. Глубоко соболезную всем в Институте Демографии ВШЭ.

Вард Кинкейд, Бюро цензов США


What a terrible news. Anatoly was a fantastic researcher and a great friend. For all of us, for the Russian and the French academic worlds, its death is an immense loss.

We'll miss him.

Anne de Tinguy, Professeure des universités émérite Paris France


I am very sorry to hear this news. He was a great man, and this will be a great loss. My thoughts are with you all.

Stephen Wheatcroft


“I am so sorry for your loss – indeed all of our loss. Vishevsky was a giant who changed demography in Russia and for the world – he will be sadly mourned and deeply missed by scholars across the globe. I know for you, who worked side by side with him for decades, the world will not the same”.

Prof. Jack A. Goldstone,
Director, Center for the Study of Social Change, Institutions and Policy,
George Mason University (Arlington, VA), Woodrow Wilson Center Global Fellow and Mercatus Center Senior Fellow


Умер Анатолий Вишневский, выдающийся демограф и публицист, честный и прекрасный человек.

Виктор Шендерович, журналист


Сегодня ушёл Анатолий Григорьевич Вишневский. Талантливейший учёный и замечательный человек. Пожалуй, все, кто сталкивался с ним по жизни, сегодня немного осиротели.

Я не могу писать, я плачу...

Д. Жданова


Узнал о кончине Анатолия Григорьевича Вишневского.

Я помню его с Института социологических исследований. Было ему какое-то поручение курировать молодых ученых, мы что-то обсуждали, я помню, как стоим там на лестнице... Сорок лет назад было, для меня Вишневский был всегда, и я плохо понимаю, как его может не быть.

Я потом много раз читал его и слушал, хотя и не понимаю в демографии, одно из последних на моей памяти ярких выступлений было пару лет назад, когда он говорил о неизбежности перемещения огромных людских масс, об огромном демографическом давлении на границах.

Ну, что ж. Qui vivra verra.

Александр Филиппов, профессор НИУ ВШЭ


В это трудно поверить. Анатолий Григорьевич всегда казался - да и был! - человеком молодым, легким, с его образом никак не сочетается болезнь и смерть.

Человек энциклопедического склада ума, блестящий ученый, но также и публицист и литератор, прекрасный организатор и безусловный лидер созданного им коллектива профессионалов... Как много можно было бы о нем сказать.

Но сегодня приходится говорить одно: "Прощай, дорогой товарищ!"

Убежден, что Анатолий Григорьевич Вишневский навсегда останется в памяти всех, кто его знал, кто с ним работали общался, как пример уходящей плеяды настоящих интеллигентов.

Чепуренко А.Ю., научный руководитель Департамент социологии НИУ ВШЭ


В голове не укладывается... И верить в это не хочется. Настолько Анатолий Григорьевич был активен, бодр, что казалось, он будет с нами всегда.

Для меня А.Г. Вишневский - представитель великого поколения ученых-обществоведов 1920-30х гг. рождения, восхищаюших яркостью мысли и глубиной понимания предмета своих исследований, и одновременно невероятной эрудицией. И его уход - невосполнимая потеря не только для российской демографии, но и для других направлений общественных наук в России. И, конечно, огромное горе для тех, кто знал его лично.

Оксана Синявская, заместитель Директора Института социальной политики НИУ ВШЭ


Вот прямо недавно в декабре был чудесный круглый стол с демографами из МГУ и Вышки. Анатолий Григорьевич там был блистательный. И вдруг такая ужасная новость... и не верится. Светлая-светлая память светлому человеку! Соболезную всему Институту демографии...

Ольга Савинская, Руководитель аспирантской школы по социологии, НИУ ВШЭ


Хочу выразить соболезнование всем близким коллегами и ученикам Анатолия Григорьевича. Это невосполнимая потеря для вас и для всех нас. Даже те, кто, подобно мне, имел возможность лишь эпизодически с ним общаться, чувствовали его огромное интеллектуальное и моральное влияние.

И.Ф. Девятко, заведующая кафедрой анализа социальных институтов НИУ ВШЭ


Присоединяюсь к соболезнованиям. В голове не укладывается, казалось, Анатолий Григорьевич есть всегда, с его невообразимым обаянием, теплотой и аристократизмом.

Ох, уж этот чертов ковид….

Диляра Ибрагимова, зам. зав. Кафедрой экономической социологии НИУ ВШЭ

 


Anatoly Vishnevsky

With deepest grief I learned about Anatoly's decease.

I knew him for several decades, maybe since the end of the 1970's. My first impression of his personality I received during a United Nations meeting which was held in the Bulgarian city of Varna. Anatoly's active participation was unusual, in terms of a report, comments on others and chairing sessions. He would firmly stay with his views about discussed topics not caring whether they correspond to common views that were dominant in the UN at the time. He would also not care whether these views were opposing official positions in countries, including the Soviet Union. Conformism to institutional or authoritative arrangements was no leading principle for him when scientific findings are at stake. This was particularly so where policies and policy actions are considered. He never gave up this position: he remained true to his ideas and knowledge, independently whether they fit the social and political environment in his country or beyond.

This position was however not one of mere disagreement. Anatoly was brilliant intellectual with a large scope of knowledge beyond demography. So, he was able to outline broad pictures of social, economic, political and cultural issues as a large nest to specific demographic topics.

When we attended diverse demographic meetings, we would always find time to chat about life (and not only about science). I have several photos with him that I will keep with warm remembrances.

May I deliver my condolence to those who were in close relations with him.

Dimiter Philipov


Уход из жизни Анатолия Григорьевича Вишневского - огромная потеря для науки, для всех, кто его знал. Живой классик демографии, энергичный организатор, обладающий неповторимой харизмой. Незабываемые его выступления на конференциях и семинарах. Каждый раз, просматривая программу, отмечала, есть ли его доклад. Его присутствие означало - будет необычно, интересно, позволит по-новому взглянуть на проблему и вызовет споры у несогласных . В 1985 году вместе со Владой Станкунене я была на полугодовой стажировке в группе Анатолия Григорьевича в Институте социологии. Мы ходили на семинары, посвященные актуальным проблемам демографии. Вместе с сотрудниками сектора в острых дискуссиях выступала молодежь из других организаций. Потом они составили ядро отдела в Институте прогнозирования РАН, а после в Институте демографии. Как коллекционер, Анатолий Григорьевич, собрал коллектив профессионалов, который будет продолжать начатое им. Искренние соболезнования семье Анатолия Григорьевича и всем сотрудникам Института демографии. Вечная память.

Наталия Чистякова, Санкт-Петербург, Институт проблем региональной экономики РАН


Позвольте выразить мои искренние соболезнования всем сотрудникам Института демографии в связи с кончиной Анатолия Григорьевича. Как исследователь истории демографической политики в СССР я многие годы находила ответы на самые разные вопросы о демографии и демографах в его работах и почерпнула из них много ценного для себя. Не я одна в Японии сожалею об этой печальной новости, потере большого учёного.

Мие НАКАЧИ, Университет Хоккайдо (Саппоро), Япония

尊敬するヴィシネフスキー先生の訃報に接し、 心から哀悼の意を表します。私はソ連の人口・ 家族政策史を研究する者として長年先生の著作から多くを学ばせて いただきました。 様々な疑問を抱いた時にしばしば先生の著作の中に答えを見出しま した。 偉大な学者を失い他の研究者と共に深い悲しみに沈んでいます。 先生のこれまでのご功績を称え、 謹んでご冥福をお祈り申し上げます。

中地美枝

Вернуться назад
Версия для печати Версия для печати
Вернуться в начало

Свидетельство о регистрации СМИ
Эл № ФС77-54569 от 21.03.2013 г.
demoscope@demoscope.ru  
© Демоскоп Weekly
ISSN 1726-2887

Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки.