Вклад семьи Кулишеров в мировую миграциологию

Марк Тольц[1]

Целая семья русско-еврейских ученых,
Михаил Кулишер и его два сына Евгений и Александр,
посвятили себя изучению и формулированию этих законов.
Илья Дижур

Все члены этой замечательной семьи закончили земной путь далеко от мест своего рождения, а по современному политическому делению – даже на территории других государств. Для троих из них миграция стала объектом пристального изучения. Мое повествование по необходимости приобретает характер семейной саги и охватывает почти 110 лет – от России Николая I до США периода президентства Эйзенхауэра. Дело изучения миграции начал отец, чья роль, как показали результаты моего исследования, оказалась весьма недооцененной, а продолжено и развито это дело было его двумя сыновьями.

Вообще-то судьба каждого из членов этой семьи заслуживает отдельной книги. Но я демограф, и в центре моего краткого (по сравнению с объемом имеющегося материала)^[2] рассказа потому будет миграция, в изучение которой, ставшее их общим делом, они внесли столь заметный вклад. Конечно, необходимое внимание будет уделено и их биографиям, но подробный анализ вклада, который они внесли во многие другие области знания, а также в журналистику – задача, далеко выходящая за пределы данной статьи.

Забытый энциклопедист

Михаил Игнатьевич Кулишер (далее для краткости М.И.) [3], родился в 1847 году в еврейской сельскохозяйственной колонии при деревне Софиевка Луцкого уезда Волынской губернии. Он пошел по пути, проложенному его дядей, Р.М. Кулишером, который был вторым студентом-евреем в Петербургском университете[4]. В 1872 году М.И. получил диплом юриста этого университета, успев поучится до того в университетах Киева и Одессы. Бывал он и за границей. Первый раз - в 1875 году в Германии и Австрии, где установил контакты с тамошними учеными, что способствовало появлению его работ за рубежом.

М.И. Кулишер. Очерки сравнительной этнографии и культуры
(разные издания)

Научное наследие М.И. довольно обширно. Оно включает в себя большое число статей на русском и немецких языках по истории, этнографии, религиоведению, юриспруденции и экономике. Назовем опубликованные им книги, показывающие широту его научных интересов. Новаторской была книга, изданная в 1876 году по цензурным соображениям в Германии, «Жизнь Иисуса»[5], в которой он выступил как один из зачинателей мифологической школы в изучении Евангелия. В 1887 году за ней последовала книга «Очерки сравнительной этнографии и культуры»[6], где были собраны ранее опубликованные им статьи по этой тематике. Почти через десять лет была издана его книга «Развод и положение женщины»[7], которая и сейчас представляет немалый интерес для историков этой проблемы. Потому неслучайно, что совсем недавно все эти три книги были переизданы факсимильным способом в России и за ее пределами. Посмертно была напечатана его книга «Великая французская революция и еврейский вопрос»[8].

М.И. Кулишер. Развод и положение женщины
(разные издания)

Первой и оставшейся единственной опубликованной работой М.И., посвященной миграции, была появившаяся в 1887 году в журнале «Вестник Европы» статья «Механические основы передвижения масс»[9]. Однако до настоящего времени эта новаторская публикация, к сожалению, не получила должного внимания. А ведь именно она положила начало работе над оригинальной теорией миграции, которой М.И. отдал более четырех десятилетий вплоть до своей смерти, а два его сына с блеском реализовали в своих книгах, посвященных изучению конкретных миграционных процессов.

Во многом эта важная публикация оказалась жертвой цепи ошибок в ее библиографическом описании, которая препятствовала обращению к ней. Так, в одной из авторитетных энциклопедий[10], в статье, посвященной М.И., было ошибочно указано ее название – «О массовых переселениях и политических движениях», а год издания неверно обозначен как 1888. Более того, в широко известной книге[11] среднего из сыновей М.И. название этой статьи было по-новому искажено как «Механические основы истории», хотя год ее публикации там приведен верно. Но при этом ошибочно сообщено, что было две статьи под таким названием. Последняя ошибка, вероятно, основывалась на неверном указании в другой авторитетной энциклопедии, что в 1887 годy М.И. опубликовал в журнале «Вестник Европы» две статьи[12].

Первая страница статьи М.И. Кулишера
в "Вестнике Европы" (1887. №8)

В этой публикации он, прежде всего, рассматривает такие события восточно-европейской истории, как крестьянские войны С. Разина и Е. Пугачева, восстание Б. Хмельницкого, а также подобные движения в Западной Европе. Но автор не ограничивается данными примерами. В завершающей части статьи его анализ обращается к мирному переселенческому движению, которое он рассматривает на примере миграции из Западной Европы в Северную Америку. Именно в ней М.И., оказывается, уже сформулировал свой закон миграции.

«Не подлежит сомнению, что в основе переселенческого движения[13] может лежать только «теснота», перенаселенность, понимаемая, конечно, не в абсолютном смысле, а по отношению к данным, выработанным в момент переселения, условиям производства и распределения. Вероисповедная вражда, как и политическая, является только внешним выражением борьбы социально-экономических интересов различных групп населения»[14].

Однако, наряду с перенаселенностью, «выталкивающей» население, он отмечает и роль фактора притяжения, а также значение доступности желаемого направления переселения.

«При переселениях, при эмиграции, происходящей более или менее беспрепятственно, главную роль должны играть, в смысле увеличения или уменьшения числа переселенцев, во-первых, притягательные свойства тех мест, куда происходит переселение, большая или меньшая заманчивость тех удобств, которые представляет страна, куда происходит выселение, и затем большая или меньшая легкость выполнения плана переселения»[15].

Таким образом, М.И. был, кажется, первым, кто сформулировал эти важнейшие положения научной теории миграции. В дальнейшем, на протяжении всей жизни, М.И. собирал и анализировал доступные ему материалы, которые должны были стать основой его всеобъемлющего труда по миграции. Правда, изменившиеся обстоятельства не могли не мешать завершению этой титанической работы.

Многие годы основной областью деятельности, которая приносила М.И. доход, была журналистика. Начал он свою журналистскую карьеру, еще будучи студентом, в одесской газете «День». Его корреспонденции печатали «Санкт-Петербургские ведомости» и многие другие издания. В 1879 году он стал одним из основателей печатного органа русских евреев еженедельника «Рассвет». С 1880 года М.И. издавал в Киеве одну из лучших провинциальных газет «Заря», которая, однако, была закрыта в 1886 году.

В 1887 году он переезжает в Петербург, где в более, чем зрелом возрасте из-за ужесточения царским правительством дискриминационных мер в адвокатуре, как еврей оказывается всего лишь помощником присяжного поверенного. В таком оскорбительном для его возраста «ученическом» положении он вынужденно оставался многие годы, пока антисемитские ограничения в этой области, временно не были ослаблены. Присяжным поверенным, как тогда именовался адвокат, М.И. смог стать только в 1904 году[16].

Живя в Петербурге, который, как столица страны, служил центром многих начинаний общественной и научной жизни российских евреев, он принимает в них самое активное участие. Так, М.И. был активным членом Историко-этнографической комиссии, основанной в 1892 году при Обществе для распространения просвещения между евреями в России. Число докладов, прочитанных им на ее заседаниях, было самым большим[17]. Когда в 1908 году на базе этой комиссии было образовано Еврейское историко-этнографическое общество, он был избран заместителем его председателя.

Вместе с тем, русская культура была неотъемлемой частью личностного багажа людей его круга. Об этом, например, ярко свидетельствует следующее место в воспоминаниях жены известного деятеля партии кадетов, члена I Государственной Думы М.М. Винавера:

«В первые годы своей жизни в Петербурге он – здесь речь идет о муже мемуаристки – и еще несколько друзей регулярно собирались раз в неделю у Михаила Игнатьевича Кулишера и читали вслух Гейне, Пушкина, Лермонтова, Гоголя. Кулишер читал чудесно, и я до сих пор помню, как он замечательно декламировал «Купца Калашникова» Лермонтова. Теперь как-то не верится, что взрослые, серьезные, занятые люди могли целый вечер наслаждаться чтением вслух»[18].

Несомненно, что М.И. был заметной фигурой в научной жизни всего тогдашнего Петербурга. Именно он за два года до своей смерти прочел на заседании Русского социологического общества имени М.М. Ковалевского доклад по одной из наиболее актуальных проблем того времени – «К вопросу о причинах Германо-Европейской войны»[19]. Вероятно, этот доклад произвел большое впечатление на слушателей. П.А. Сорокин позднее, перечисляя утраты русской науки в годы революции и Гражданской войны, не забыл назвать М.И.[20]. Умер создатель оригинальной теории миграции, судьбе которой посвящена наша статья, 29 ноября 1919 года в Петрограде.

Как было сказано в напечатанной вскоре после кончины автора краткой информации[21], М.И. оставил неоконченным «огромный труд (написанный на немецком языке)», под названием «Войны и переселения». Сообщалось, что эта работа представляет собою «обстоятельное изложение, на основе колоссального фактического материала, совершенно оригинальной философско-исторической концепции (слегка намеченной в небольшой статье «Механические основы передвижения масс» («Вест. Евр.», авг. 1887 г.)». Приведем краткое изложение теории миграции М.И. в том виде, как оно давалось в этой заметке:

«В каждую историческую эпоху имеется единое главное географическое направление движения народных масс, выражающееся в завоевательных походах, а также в мирных переселениях; это же направление может быть прослежено по пути великих эпидемий, который всегда совпадает с направлением завоеваний в данную эпоху. Это направление движений масс, являющихся ключом ко всей политической истории, определяется условиями относительного перенаселения: из наиболее перенаселенных местностей народы движутся в соседние области, которые, в свою очередь, становятся «центрами напряжения» и продолжают движение в том же направлении, пока не произойдет столкновения с волной более интенсивной, после чего общее направление меняется и наступает новый период политической истории и т.д.»[22].

К этому необходимо сделать важное уточнение, которое можно привести по изложению теории М.И., сделанному позднее в статье его младшего сына. Из нее становится ясно, что перенаселение трактуется в этой теории в терминах экономической плотности населения, которая изменяется в ходе истории:

«Само собой разумеется, страна более или менее «заселена» не в зависимости от соотношения населения и размера территории, а в зависимости от соотношения между населением и количеством средств к существованию; это количество, понятно, не рассматривается с точки зрения абстрактных возможностей, но учитывает создавшуюся ситуацию, т.е. зависит от состояния сельскохозяйственного и иного производства у данного народа и в данную эпоху»[23].

К счастью, судьба оставленной М.И. рукописи, вопреки тому, что иногда утверждается[24], сложилась вполне удачно. Дело отца продолжили его сыновья.

Замечательные сыновья

У М.И Кулишера было три сына[25]. Все они добились международного признания в сфере науки. Старший, Иосиф (далее для краткости И.М.), родился в 1878 году в Киеве. Он стал выдающимся историком-экономистом[26]. Средний сын, Евгений (Е.М.), родился в 1881 году, тоже в Киеве. Известность придет к нему поздно, когда он прославится как исследователь международной миграции в годы Второй мировой войны и послевоенный период. Младший из трех братьев, Александр (его для краткости будем называть А.М.), родился в 1890 году уже в Петербурге[27]. О месте семьи Кулишеров в интеллектуальной жизни дореволюционной России говорит, например, тот факт, что в 1916 году М.И. и двое его сыновей, Иосиф и Александр, входили в состав Русского Социологического Общества имени М.М. Ковалевского, которое насчитывало лишь 62 члена[28].

Все братья получили образование на юридическом факультете Петербургского университета. Именно на этом факультете можно было тогда приобрести солидную подготовку в области статистики и социологии, что потом очень им пригодилось. Характеризуя впоследствии научный путь каждого, современники неизменно называли их учениками замечательного русского социолога М.М. Ковалевского, преподававшего в университете, где они учились. Но, несомненно, решающее влияние на формирование научного мировоззрения братьев оказал их отец, ученый-энциклопедист.

Каждый из братьев после окончания университета стажировался за рубежом. Так, А.М. провел два года в Оксфорде, где специализировался в области английского конституционного права под руководством выходца из России П.Г. Виноградова. Все трое братьев к моменту свержения царской власти уже были приват-доцентами Петроградского университета. К занятию профессорских должностей их не допускали, т.к. они были некрещенными евреями. Хотя братья окончили один и тот же юридический факультет, специализировались они в разных областях. Как можно понять из уже написанного, основные научные интересы И.М. находились в области истории экономики. Е.М. в дореволюционный период много времени уделял работе в адвокатуре, но тогда же получил известность как ученый-криминалист.

В те годы в центре научных интересов А.М. были государственный строй Англии и проблемы самоопределения тогда подвластной ей Ирландии. Стоит отметить, что одна из публикованных в 1916 году его газетных статей об Ирландии обратила на себя внимание В.И. Ленина, который подверг ее критике в печати[29]. В частном письме вождь большевиков был, как обычно, резок: «Радек и Кулишер (кадет[30] в «Речи») сошлись, тупоумно обозвав [ирландское восстание] «путчем»»[31]. Такое внимание будущего руководителя Советского государства не обещало в перспективе ничего хорошего.

Однако после победы Февральской революции, которая покончила с сословными, религиозными и национальными ограничениями, будущее казалось прекрасным. Нужно было определить государственное устройство демократической России, идущее на смену царскому режиму. Вот тут и были востребованы знания А.М. в области конституционного права. Он принял активное участие в обсуждении государственного устройства страны[32]. Понятно, впрочем, что вся эта работа оказалась напрасной, поскольку власть в России захватили сторонники совсем другой концепции государства.

После того, как в 1917 году умерла мать братьев, отец жил только с А.М[33]. К тому времени два старших женатых брата уже покинули родительский дом. Можно полагать, что именно тогда М.И. передал младшему сыну свое увлечение миграциологией. В 1920 году после смерти отца А.М. покидает Петроград. Вот как он писал впоследствии о своем путешествии в тылу только что завоевавшей юг страны Красной Армии:

«Должен сознаться, что я путешествовал очень удобно: ведь у меня – у которого на квартире сидела засада из чека[34], – имелась командировка для поездки из Петрограда в Москву и Харьков с целью собирания материалов для организации … полярной экспедиции. Эта бумага обеспечивала мне место в «вагоне особого назначения» (международном спальном вагоне), из которого я мог наблюдать способы путешествия массы населения, на крышах и буферах, и стихию обыска, царившую на станциях»[35].

Так что А.М. был хорошо знаком с тогдашними способами путешествия, когда позднее писал о передвижении масс в период Гражданской войны в России в своей первой миграциологической работе. На самом деле он направлялся в Киев, где в то время находился его средний брат, который перебрался туда с семьей в 1918 году и получил профессорскую должность в Киевском университете. Затем начнется небезопасный путь братьев на Запад. В 1920 году они прибыли в Берлин, главный центр русской послереволюционной эмиграции того времени[36].

Вначале у А.М., кажется, не нашлось времени для занятия миграциологией. Впрочем, нам неизвестно взял ли он в свое опасное путешествие рукопись отца. Возможно, что она была переправлена заграницу из бывшей столицы Империи только позже. С этим связан и другой вопрос. Как и насколько тесно поддерживали братья-эмигранты отношения со своим старшим братом И.М., оставшимся в Советской России.

И.М. Кулишер. История экономического быта Западной Европы
(современное издание)

И.М. тоже был не чужд демографических интересов, многие проблемы демографии затрагивались в его классическом труде «История экономического быта Западной Европы», который неоднократно переиздавался на русском языке. Сам автор подготовил его к публикации на немецком языке – им хорошо владели все Кулишеры, – а затем он был переведен на многие другие языки. Уникальные знания старшего брата в области средневековой и новой истории, конечно, могли пригодиться в работе младших братьев с рукописью отца, но нет никаких свидетельств его помощи в этом деле. Впрочем, известно, что в 1928 году старший брат провел три месяца в Германии[37], где тогда жил Е.М. Когда старший из братьев умер, в газете, в которой работал А.М., был напечатан неподписанный некролог[38].

Е.М. почти сразу после приезда в Германию, в 1921 году, становится доцентом Института зарубежного права в Берлинском университете[39]. Это было редким исключением, специально отмеченным в одной из немецких газет, откуда попало в обзор о положении эмиграции, подготовленный ГПУ[40]. Впрочем, удача Е.М. не была случайной. Ведь немецкие коллеги хорошо знали его по совместной работе в Международном союзе криминалистов еще до приезда в Берлин в качестве беженца. Столицу Германии до того он посетил в последний раз незадолго до начала Первой мировой войны, в январе 1914 года[41].

А.М. Кулишер. Сущность советского государства (1921)

Вскоре после своего приезда в Берлин А.М. публикует там на немецком языке книгу «Сущность советского государства»[42]. Эта книга удостоилась восторженного отзыва даже такого далекого от его политических воззрений видного деятеля германской социал-демократии как Э. Бернштейн[43]. В 1923 году появилась в двух переводах книга А.М. о молодом Б. Дизраэли[44].

В 1923 году в Берлине открывается Русский научный институт. В его ученый совет, наряду с другими известными учеными-эмигрантами, входит и А.М. Но этот институт в дальнейшем не стал его местом работы. Он предпринимает настойчивые попытки найти постоянное место в каком-либо университете, пусть даже и за океаном, которые, однако, кончаются неудачей. Э. Росс, известный американский социолог, активно занимавшийся судьбой русских ученых-изгнанников, – он, в частности, проложил дорогу в США П.А. Сорокину – рекомендовал А.М. восемнадцати американским университетам[45]. Но закончились все его хлопоты безрезультатно. Не помогло даже отличное знание английского языка, которое было у А.М. В американских университетах тогда царил антисемитизм.

В 1923 году А.М. переезжает в Париж. Основным местом его работы становится наиболее авторитетная газета русской эмиграции – «Последние новости», руководимая известным историком, одним из бывших лидеров партии кадетов, П.Н. Милюковым. В этой газете, до самого ее закрытия в 1940 году, он был одним из ведущих публицистов (некоторые материалы им подписывались псевдонимами Юниус и М. Александров, а часто шли и вовсе без подписи, как передовые статьи).

Во французской столице А.М. читал лекции на русском отделении юридического отделения Сорбонны, в Свободном колледже социальных наук и Франко-русском институте социальных и политических наук, а также во многих других учебных заведениях и общественных организациях. Был членом правления Русского академического союза в Париже. При этом он еще и увлеченно участвовал в различных политических мероприятиях. Это был человек огромной энергии. Ведь А.М. должен был каждый день приходить в редакцию «Последних новостей», где работал, что неизменно делал в определенный предвечерний час. Впоследствии так о нем вспоминал один из бывших сотрудников этой газеты:

«Ни одна строка, ни в одной газете на многих языках мира, если она могла быть ему полезной, не ускользала от его внимания. Когда он все это читал, никто не знал. Знания, информация, сведения от вопросов текущей политики до общественных наук и учений – все это, как губкой, всасывалось А.М. Кулишером»[46].

Сыновья продолжают дело отца

А.М. не забыл о наследии покойного отца. В 1924 году во французском журнале появляется его статья «Теория движения народов и гражданская война в России»[47], где излагается миграционная концепция М.И. в том виде, как она была сформулирована в его неоконченной рукописи, и на ее основе дается оригинальная трактовка послереволюционных событий в России.

Поражение России в Первой мировой войне, как отмечает в этой статье А.М., вначале привело к центростремительному движению огромных человеческих масс с фронта. События Гражданской войны он трактует как обратное военное движение, по сути вооруженную миграцию этих масс из центра по направлению к периферии – на Юг и Восток – в борьбе за ресурсы регионов-производителей. После победы большевиков наступает голод 1921-1922 годов, за которым следует стабилизация. Таким образом, А.М., задолго до современных исследователей, – и его приоритет в этом сегодня признается – показал роль конфликта между центром и периферией в Гражданской войне в России[48].

Постепенно А.М. уделяет миграции и демографии все большее внимание. Вот темы некоторых его лекций: «Войны и переселения» (1926), «Франция при Людовике XIV и Россия Петра Великого (демографические и социальные параллели)» (1927), «Теория передвижения народов. Войны и переселения» и «Теория миграций (передвижения народов, войны и переселения» (1934). В 1938 году он прочел в Сорбонне цикл лекций под названием «Миграция в мировой истории»[49].

Материалы Первой Всемирной конференции
по народонаселению (Женева, 1927),
содержащие доклад А.М. Кулишера
и его выступления на ней.

На Первой Всемирной конференции по народонаселению (Женева, 1927) именно А.М. был тем единственным ученым, для которого Россия была указана как его страна. Но это был, кажется, последний раз, когда ему, эмигранту, еще было разрешено представлять Россию. СССР вообще не послал никого на эту конференцию. Правда, в ней участвовал еще один выходец из России, С.С. Кон, но он значился как представитель Чехословакии, где нашел убежище после эмиграции. На конференции А.М. представил доклад, который был опубликован в ее материалах[50]. Он также активно участвовал в прениях. Два его выступления появились в напечатанной стенограмме конференции.

Первым свидетельством присоединения Е.М. к усилиям младшего брата в области миграциологии стало их совместное участие в очередном Международном конгрессе историков (Осло, 1928). Отметим, что на этом конгрессе, по требованию советской делегации, А.М., как и другим ученым-эмигрантам, не было разрешено представлять свою страну, чего они очень желали[51]. Каждый из братьев выступил там с докладом[52].

Александр и Евгений Кулишеры. Войны и миграции.
Всемирная история как движение народов
(разные издания)

В 1932 году выходит книга братьев на немецком языке «Войны и миграции. Всемирная история как движение народов»[53]. В ней впервые полностью представлена теория Кулишеров, а история миграций в Евразии рассмотрена, начиная с VII до начала XX века. Эта книга вызвала многочисленные отклики современников[54]. Позднее именно она послужила основой для рекомендации, данной братьям выдающимся французским социологом и антропологом М. Моссом, когда они искали возможность перебраться в США[55].

Правда, не обошлось и без инсинуаций, которые шли от непонимания, а может быть, и нежелания признать роль братьев в подготовке книги. Так, даже в одной из тогдашних авторитетных энциклопедий авторство книги атрибутировали их отцу, а самих братьев указали только как ее редакторов[56]. Однако каждому, кто держал в руках книгу, становится ясно, что это не так, о чем, в частности, свидетельствует использование в ней самых новых к моменту ее издания источников. Впрочем, она, безусловно, основана на теории отца, и в ней использованы, унаследованные от него обширные материалы.

Несмотря на то, что эта книга до сих пор не переведена на другие языки, она не прошла незамеченной. Ф. Лоример включил ее в перечень главных публикаций при написании им авторитетного очерка истории мировой демографии[57]. При этом он отметил, что передвижения населения всегда были объектом, который стоял в центре внимания русских историков, тем самым подчеркнув ее происхождение. В свою очередь, Н.С. Тимашев привел эту книгу в своем списке наиболее важных работ в истории мировой социологии[58]. Отметим также, что ее материалы широко использованы Ф. Броделем в его классическом труде «Материальная цивилизация, экономика и капитализм», где они служат основой для описания миграций в Евразии в XIV- XVIII вв. Братьев же он представил читателю следующим образом: «Два великолепных историка»[59].

Миграции в Евразии, XIV-XVIII вв. По данным А. и Е. Кулишеров
(Бродель Ф. Материальная цивилизация, экономика и капитализм,
XV-XVIII вв. 2-е изд. Т. 1. М.: Весь Мир, 2006. С. 67.)

Захват власти нацистами в Германии в 1933 году не мог не отразиться на положении Е.М., для которого летний семестр оказался последним в Берлинском университете[60]. Его увольняют как «неарийца». На очередном Международном конгрессе историков (Варшава, 1933) каждый из братьев вновь представил по докладу[61]. Однако на нем Е.М., по-видимому, не было разрешено, как на предыдущем конгрессе, быть членом немецкой делегации[62]. В материалах варшавского конгресса, в отличие, кажется, от всех других участников, для него даже не указано место жительства – Берлин.

Для Е.М. наступает очень трудный период. Его жена, у которой в США уже давно жили родители, вынужденно отвозит дочь-подростка за океан (после того она вернется к мужу). Как удалось установить, 23 октября 1935 года они отплывают из Гамбурга в Нь