Собирательный дневник
экспедиции факультета социальных наук
"Внутренняя миграция населения в Пермском крае: уехать или остаться?",
4 - 19 июля 2026 г.
Москва - Чусовой - Соликамск - Бондюг - Чердынь - Кудымкар - Белоево - [Пермь] - Москва

Позади 1050 км автодорог, 29 часов экспертных интервью, 27 часов за вечерними обсуждениями, 1416 опрошенных респондентов, 4+1 (собственно - Пермь) изученных города, 2 деревни, просторы и … снова просторы.

Мы рады представить Вам наш новый Собирательный экспедиционный дневник.

С 2018 года ежегодно летом мы отправляемся вместе со своими студентами открывать для себя новый уголок страны и изучать, как, зачем и почему люди выбирают его для жизни и работы или уезжают искать себя в другие места. В этот раз объектом нашего исследования стал очень интересный своим внутренним разнообразием Пермский край.

Слова ниже - это ежедневный "протокол" того, где мы были, с кем встречались на многочисленных экспертных встречах*, кого и как опрашивали во время уличного опроса, как проводили вечерки, ели, спали, пели, играли. Это - первая рефлексия участников Экспедиции от увиденного и услышанного.

Кто-то из читателей увидит за нашими текстами новые для себя города, кто-то по-другому взглянет на свой родной Пермский край, кто-то поймет, что можно вот так расти над собой: учиться смотреть вокруг не как турист, опрашивать как "взрослый" социолог, сопоставлять услышанные факты и истории.

Каждый день в этом Дневнике написан одним или двумя участниками (и поэтому все дни в Дневнике получились разными по стилю) и дополнен ремарками других участников.

Кажется, получилось правдиво и искренне.

Читайте, изучайте и … готовьтесь к своим личным исследовательским экспедициям!

* - выражаем признательность руководству Пермского края и муниципальных образований, в которых мы были, а также собственно нашим экспертам за неизменно теплый прием и желание отвечать на наши многочисленные вопросы

Руководители Экспедиции - Лилия Карачурина, Никита Мкртчян

Картограмма составлена М. Балабаном

4 июля, Москва – Пермь

Выехали поздно ночью. Мне досталось место на нижней полке в отсеке вместе с Э., А. и К., и мы с ними сразу разговорились и подружились :) С утра сначала раскачивались, завтракали, потом была большая остановка в Галиче, где все, и мы с девочками тоже, вышли в магазин в поисках еды. Сначала дошли до ближайшего продуктового, но там собралась примерно половина поезда, поэтому мы приняли решение идти до другого – и дошли до магазина с замечательным названием «Высшая лига». Там мы пополнили свои запасы и уже быстренько побежали обратно, чтобы успеть на поезд, преодолев за 5 минут расстояние, которое до этого шли минут 15. В Галиче было очень уютно и красиво – такой милый уездный городок N.

После Галича мы собрались всей командой, поместившись в составе 13 человек в одном отсеке и соседней боковушке, и начали наши экспедиционные обсуждения. Сначала К. рассказала про методы визуальной антропологии, и мы обсудили, какие фотографии нам нужно делать в экспедиции и как нам это может помочь в наших исследованиях – мне как человеку, увлекающемуся фотографией в том числе с точки зрения теории, было очень интересно! Потом мы с А. представили составленный нами портрет Пермского края, рассказали команде об особенностях территории, на которой мы совсем скоро окажемся. После этого сделали обеденный перерыв и обедали уже большим составом, чем только наш отсек – мы с соседками вместили к себе еще В., М., Д. и К. После обеда до следующей командной встречи еще было много времени, и мы решили такой компанией поиграть в карты. М. научил нас играть в «сотню» – прикольная динамичная игра и, думаю, далеко не последняя игра, которую я освою в этой поездке. Было очень весело, и я даже выиграла, а еще мы просто все вместе болтали обо всем. У нас очень хорошая, добрая и веселая компания, и я это уже чувствую и очень рада, что поехала в экспедицию и именно в такой компании!

Около 16 часов мы продолжили обсуждения по экспедиции: Ольга Алексеевна (на самом деле, теперь уже просто Оля) рассказала нам про разные правила и нюансы полевых опросов и экспертных интервью, потом Д. рассказал про географическую интуицию и про то, как она может нам пригодиться в экспедиции, и наконец К. и Л. презентовали нам свой портрет Чусового.

В завершение вечера мы коллективно ломали голову над тем, в каком времени мы вообще находимся и на сколько нам нужно поставить будильник. Выяснили, наконец, что на 3 утра по Москве (5 утра по Перми), потому что прибываем мы около 5.40 утра по пермскому времени, и с этим обнадеживающим знанием поскорее легли спать все, кроме меня, В., Д. и М. – мы дождались остановки на полчаса в Балезине и вышли подышать ночным и очень свежим удмуртским воздухом. Это было замечательно, а еще в Удмуртии, оказывается, в начале июля почти белые ночи – в 12 часов ночи по местному времени на горизонте были отблески заката, и вместо темноты были только светлые сумерки. После нашей ночной прогулки мы все вернулись к себе и легли ненадолго поспать, и уже через 4 часа утром следующего дня нас разбудила проводница — мы подъезжали к Перми.

Как поместить 13 исследователей в один отсек с боковушкой? Легко! (Фото – Л. Карачурина)	Вид на Каму на подъезде к Перми (Фото – Д. Горина)

5 июля, Чусовой

Сегодня началась наше путешествие по Пермскому краю! Первая остановка - Чусовой, город на 44 тыс. человек, немного восточнее Перми.

В саму Пермь мы приехали рано утром и у нас было пару часов до электрички. За это время мы успели найти и попробовать вкусные перепечи – пирожки коми-пермяков из песочного теста с начинкой. Вдобавок успели сфотографироваться на фоне надписи «Счастье не за горами» (правда в виде мурала, а не настоящей).

Электричка была реально нишевая, атмосфера как на МЦД4. Поездка предстояла долгая, поэтому мы играли в «Угадай кто». Люблю такие моменты в экспедиции!! После игры мы с коллегами оккупировали все свободные лавочки и оставшуюся дорогу до Чусового спали.

По приезде в Чусовой нас ждал невероятный путь до гостиницы, через импровизированный ручей, церковь и бездорожье. Удивительно, но мой розовый чемоданчик на 3-х колёсах прекрасно справился с дорогой.

После заселения в переделанное под гостиницу общежитие, был первый выход в поле и знакомство с городом! Первый же респондент подарил мне цветок после опроса)) Это точно к удаче! По первому впечатлению город, а точнее его южная часть, напомнил мне Дзержинск – малоэтажная застройка, мало зелени. Уже сегодня мы поняли, что с общепитом в Чусовом есть сложности. Самое хорошее место – «Додо», куда все пошли на обед.

Сегодня было настоящее пекло, но даже в такую погоду удалось опросить первых 20 респондентов! Хорошее начало!!

Вечером я дошла до парка Ермака, который почему-то находится на окраине города. Парк хороший, но из-за отдалённости до него не каждый дойдёт, поэтому людей было немного. В парке я пыталась опросить одну пожилую пару. Женщина была очень приветлива и без вопросов согласилась заполнить анкету, но её мужу не понравились наши вопросы, особенно про вахту, и поэтому он запретил ей дальше отвечать на вопросы. Было немного грубо, впервые столкнулась с таким. Ещё, что я заметила, улицы довольно чистые, видимого мусора не много, а также нет пьющих людей во дворах, наоборот только бабушки у подъездов и дети на площадках. Также здесь я впервые встретила сеть магазинов «Монетка».

В конце вечера было первое обсуждение и традиционная «Шляпа»!

Постепенное засыпание в электричке до Чусового (Фото - Л. Карачурина)

Всплывает старая дилемма: гулять, изучая город или жёстко опрашивать? Стараюсь находить баланс, но, кажется, нередко ухожу в сторону сбора анкет. Надо бы чуть снизить темп и вместо этого стараться больше понять про городскую среду. Забил на забивание отказов в бот, но статистику тем не менее по мере сил веду. Чувствую, что проще стало задавать вопросы на экспертных встречах по сравнению с прошлым годом, сказался немалый опыт проведения интервью.

6 июля, Чусовой

Тяжеловатенько просыпаемся (казалось бы, разница во времени 2 часа, но дается она сложно), мажем хлеб Екатеринбургским творожным сыром, запиваем Ирбитским йогуртом и идем на встречу в колледж

Аббревиатура у него смешная - ЧИТ, набор профессий достаточно мальчишеский. Собирают они абитуриентов в основном с Чусовского округа, с добавлением Лысьвы и Гремячинска. Тут сразу услышали про первый поворот от металлургии к РЖД - сейчас у них есть профессионалитет с ОМК (но они не особо им довольны и в него верят), а они хотят еще зайти в эту программу с РЖД. Озвучили впервые в иерархии высокую зарплату - выпускники машинисты локомотива вышли сразу на 100 тысяч рублей.

Без передышки бежим на встречу в школу. Здание школы оказывается типа “космический корабль”, да и сама организация обучения в стиле лучших московских школ/лицеев (планировалась). Это школа старшеклассников и изначально она была построена как потоковая система с ИУПами - с ума сойти для такого маленького города! Но из-за того, что все меньше человек в принципе идут в 10 класс, у них большие проблемы с контингентом и они планируют открывать и набор в 7-8-9 классы (чем могут недовольствоваться другие школы в городе). 4 главных направления поступления: Пермь, Екатеринбург (проигрывает Перми сильнейше), Санкт-Петербург, Москва. Из-за сокращения контингента вырастают проблемы с оплатой труда педагогов - они и так здесь традиционно возрастные. А молодые могут выходить (после института) на зарплату в 40! тысяч рублей. Зато нет проблем с наработкой выигрывания грантов - нам показали медицинские и биологические классы с каким-то невероятным оборудованием и роботом Прохором, который может делать множество медицинских анализов, есть класс от местного тепличного производства, где можно учиться выращивать растения с поддержкой агрономов. Нас даже покормили в столовой, хотя и достаточно скромно. Но мы довольны!

Класс ОМК Чусовой в школе № 5 (Фото - Л. Карачурина)

Почти опаздываем на следующую встречу - опять перебежкой до ЦРБ. Как оказалось, на встрече многие боролись со сном, мне же понравилась эта лаконичная и немного строгая женщина. После нее у меня осталось ощущение, что врачи в Чусовом - самые богатые люди. Здание больницы выходит на уровень не космического корабля, а межгалактической станции, потому что открыта она только вот-вот. Вообще укомплектованность неплохая - 61,7 врачами, 84 - средним медперсоналом, коэффициент совместительства - 1,4. У врачей базовая зарплата 110 (без путинских выплат!), у среднего медперсонала - 50. Самое удивительное для меня было - объемы рекрутинга по программе «Земский доктор»: 23 человека с 2023 и 2025 год, еще 5-6 человек ждут в этом году! Параллельно в крае существует программа «Кадры Прикамья», которая дает выплату еще на 2 миллиона рублей (помимо того, что врачам и так дает квартиру муниципалитет, которую можно приватизировать, или компенсируют аренду). Кто-нибудь, позвоните Шарепиной Е.А.!

Дальше заталкиваемся в машину с точным числом посадочных мест для нас и едем в школу олимпийского резерва «Огонек». Ловим флешбеки от книжки сноубордистки Алены Заварзиной, которая хорошо проходилась в ней по системе детского спорта в России. Школа развивалась от горнолыжки («буржуазный спорт») к санному спорту, фристайлу и сноуборду, воспитала много чемпионов разных мастей. Наш эксперт очень смешно отзывался о тех, кто после успешной спортивной карьеры уходит зарабатывать инструктором в Сочи, а не в тренера на «Огоньке» (где з/п на уровне «выполнения указов Президента»). При этом как будто для детей чусовлян «Огонек» действительно доступен - со школ организован подвоз, экипировка и обучение бесплатные.

Дальше ходим по музею реки Чусовой - тусклой копии Малых Корел из Архангельской области, где сохранено деревянное зодчество. Здесь же еще все завалено странными артефактами, в том числе сундуком Луи Виттон, да и вообще вещами, мало относящимися к Пермскому краю. Но зато гуси прекрасные и деревянные медведи, играющие в бильярд!

Самая прикольная вещь за день — деревянные игрушки-медведи (Фото – К. Павлов)	Пустынная Аллея молодёжи (Фото – М. Балабан)

Уставшие, голодные возвращаемся в город, и мы с М. выбираем поесть посикунчиков. Они оказываются великолепны и еще и стоят 200 рублей.

Силы ко мне вернулись, поэтому я решаюсь немного поопрашивать - попадается женщина, которая хотела бы жить у моря, но не сейчас, пока СВО идет, мужчина, который видел смысл в переезде только в случае отъезда заграницу, а в России и в Чусовом жить можно.

Вечером обсуждали впечатления после экспертных встреч, они были в целом хороши. Неприятно удивили низкие зарплаты, однако традиционной сопряженности с вахтой со звездочкой тут почему-то нет. Все отметили разворот в сторону РЖД, которая на самом деле не настолько велика и могущественна как работодатель.

Музей реки Чусовой (Фото - Э. Шамгунова)

Дальше пели с В. хорошие песни о важном, а я чуть не забыла поздравить бабушку с днем рождения, хотя весь день смеялась с «лже дня рождения» НВ.

На вечерке мы обсуждали экспертные встречи и их полезность, а также что происходит с выборкой. Я поняла, что ребята, которые в экспедициях уже были, проще могут сложить какие-то отдельные черты предприятий и ответы экспертов в общую картину, чем (пока что) я. Я за этот день поняла, что основная часть молодежи из школы едет за высшим образованием в такие города, как Пермь и Екатеринбург, из более необычного – после 9 класса многие девочки ездят маятником учиться в Лысьву, так как местный колледж из “женских” профессий предлагает меньше.

Беседа в школе подтвердила то, что мы предполагали после визита в техникум: высшее образование сейчас теряет свою популярность как среди родителей, которые уже меньше, чем раньше, стремятся дать своим детям именно высшее образование, так и среди детей, которые стремятся поскорее получить профессию и иметь возможность зарабатывать. После окончания средней школы ребята поступают в вузы в Пермь, Екатеринбург, Санкт-Петербург и Москву, а в Чусовом остаются в основном те, кто менее академически успешны или же не имеют финансовой возможности уехать – они поступают в учреждения СПО.

7 июля, Чусовой

День вышел торопливый. С утра пробежались до автобуса и отправились на ЧМЗ. Там нас встретил Александр – мужчина за сорок в очках-половинках, очень харизматичный товарищ. Прежде всего провёл экскурсию по небольшому заводскому музею. Периодически вовлекал нас в происходящее вопросами. Рассказал про основание завода по французскому проекту. Запомнилось про берёзовые веники, которые кидали в котёл в процессе варки стали, про сорвавшиеся планы масштабной реконструкции завода. Сокращение персонала и в целом производства произошло некоторое время назад, но по словам Александра – было ликвидировано чуть ли не доисторическое оборудование, мартеновские печи, которые были актуальны в ХIХ веке. Кажется, с 2013 года завод принадлежит ОМК (ей же принадлежит завод в Выксе!), но по сравнению с Выксой денег и ресурсов в него вкладывают явно меньше.

Затем показали нейрослопный мультик про Ванадия – это, значится, металл, который добавляется во многие сплавы и придаёт им прочность. Этого товарища сразу запомнили для дальнейших игр в стикеры и шляпу. Между тем время поджимало: вот-вот должна была быть встреча в РЖД, а мы только собирались пойти на производство… В итоге на другую встречу убежали ЛБ и М., а мы продолжили наслаждаться красотами ЧМЗ.

Значительная часть самой территории завода – пустыри. Есть цех с устаревшим оборудованием, куда туристов не водят – опасно… Больше всего запомнилось производство рессор с крутыми японскими роботами. Чусовская рессора – хорошая вещь! Они поставлялись и на российские, и на иностранные производства, есть рессоры самых разных сортов и размеров. В готовом виде они хранятся на крутом складе, помеченные цифровым способом, так что собрать заказ получается довольно быстро. Там же, на складе, у НВ, А. и у меня было взято короткое интервью для газеты ОМК. К сожалению, в открытом доступе её найти не удалось, и появились ли там мы – точно сказать невозможно.

Поблагодарив Александра, выдвинулись к молодёжному центру, предварительно соединившись с ЛБ и М. – кажется, их встреча была куда менее интересной.

Молодёжный центр Чусового – здание значительных масштабов. Его недавно реставрировали, выбив на это дело гранты. Тётенька, главная в этой организации, специализируется как раз на выбивании грантов на всё подряд в тесном сотрудничестве с администрацией, и получается у неё это очень здорово. Запомнилась она в основном фразой «за Чусики» - сказано было в контексте маленьких зарплат, из-за которых люди работают там в основном для души. Оплачиваемое хобби, так сказать. В Молодежном центре есть много разных движух на любой вкус – хочешь, вышивай, хочешь, музыку играй или там граффити на сценах рисуй. Ведётся работа с трудными подростками, пусть и не в очень больших масштабах. Моя единственная встреча с Молодежного центра до этого была, кажется, в Апатитах, и она была очень тухлой. Короче говоря, небо и земля – очень круто что в небольшом, по сути, городе, есть такая крутая организация.

На экспертной встрече (Фото – Л. Карачурина)	Администрация Чусового (Фото – Д. Разумов-Раздолов)

Встреча была недолгой, ибо время поджимало. По пути зачем-то зашли в столовую, и мы стали откровенно опаздывать. Напряжение росло. Дошли до автобусной остановки, но пойманный автобус остановился довольно далеко от нужной точки.

Полушли-полубежали до администрации. По очереди с М. попробовали вызвать такси. Таксист Олег отказался от заказа, таксисту Геннадию ехать было очень далеко – и мы двинули пешком. Группа девочек под командованием О. всё-таки доехали на Геннадии.

В здание администрации ворвались потные и запыханные. Там нас уже ждало великое множество важных дяденек и тётенек, готовых дать нам интервью. И ещё один товарищ всё время бегал вокруг нас с забавной маленькой камерой.

Интервью вышло толковым. В администрации тоже любят и умеют выбивать гранты на обустройство городской среды, но понимают, что народ этим в город ни привлечь, ни удержать. Называли цифры миграционного оттока, подтвердили, что раньше РЖД для занятости в городе значило больше. Минусы города – отсутствие высокотехнологичных производств, сокращение рождаемости, негативное влияние сетевых магазинов на малый бизнес.

Потом вышли на опрос. Работал скорее в одиночку, дошёл до парка «Ермак», любовался на пруд и на мечеть неподалёку. Видел и небольшой корпус ЦРБ, старенький и разительно отличающийся от свеженького главного здания. Опросил и там несколько человек. По дороге в гостиницу опросил рыбака (наконец-то!) и выяснил, что и в черте города, и выше по течению живёт и клюёт хариус. Но желания немедленно всё бросить и отправиться на промысел не возникло. Старею, наверное…

Закрыли выборку. Вечером обсуждали респондентов, экспертные встречи, городскую среду. К. и Д. презентовали город Соликамск: кажется, мы направляемся в очень промышленный населённый пункт.

Итог по городу: 4 экспертные встречи в день – слишком много. Оно интересно, конечно, но чем дальше, тем немилосерднее хочется спать. А лечь на стол и подремать не получится, нужно отстаивать честь Высшей Школы Экономики, так что героически со сном борешься, себя ручкой в руку колешь. Город очень размазан по площади, но сами жители считают его компактным. Город сжимается и потихонечку угасает, но в этом угасании сохраняются яркие личности, позитивные черты. И заводик худо-бедно, но пыхтит, работа у людей есть.

Старый и новый город похожи на доброго и злого близнеца. В каждом есть какие-то варианты, копии, аналоги или филиалы тех или иных учреждений. Две администрации, как минимум. Кстати, обсуждали это с коллегами на вечерке, по ощущениям, Чусовой везде будто периферийный. И не ожидаешь увидеть здание городской администрации где-то на окраине города, где справа какие-то медицинские учреждения, часть из которых уже не работает, а за ними - лес.

В целом, Чусовой – необычное место. Как будто в комнате стоит слон (красный, но уже не кочующий) в виде ЧМЗ, о котором все знают, но стараются не замечать. Его прикрывают аллеями, грантами и инициативами, чтобы хоть как-то сгладить депрессию, нависшую над городом. Понятно, что город пережил глубокий кризис, с которым никто не знает, как справиться, но нужно же что-то делать, чтобы из него выйти, а не подражать другим городам в благоустройстве. Морально все хотят стабильности, но делают ставки на другие предприятия, чтобы они взяли город под свое крыло и снова сделали моно-, но те времена уже прошли, и надо двигаться дальше. С другой стороны, раз что-то предпринимается, значит не все потеряно.

Из личной рефлексии – я уже в этом городе почувствовала себя настоящим исследователем в поле и за 3 дня прошла большой для меня путь от “в панике пропустила половину вопросов” до искреннего и последовательного диалога с каждым респондентом, от “лишь бы не выключиться на встрече, лишь бы, лишь бы…” до человека, который хотя бы пытается вникнуть в устройство конкретного учреждения по рассказу экспертов о нем. Я была уверена, что совсем скоро это будут уже не попытки, едем дальше…

После вечерки подумала, о чем раньше никогда не думала. Действительно, многим так хочется градообразующее предприятие себе, а в Соликамске одного единственного предприятия никогда не было, их всегда было несколько. И именно это Соликамск в каком-то смысле спасает, предлагая хоть какое-то разнообразие по выбору места для трудоустройства. Опять же эти постоянные перетечки кадров из одного в другое. Мой папа, в конце концов, успел поработать, и на «Сильвините», и на «Урале», и на «Уралкалии» точно. И это замечательно, что у нас [речь о сравнении с Соликамском, из которого родом автор этой заметки] несколько крупных производств в городе, а не один «Уралкалий», например.

«Я молодой люблю Чусовой» (Фото – Л. Карачурина)

8 июля, Соликамск

Утро прошло в дороге. Я планировал спать в автобусе, но мы ехали по очень уж любопытным местам (Губаха, Кизел, Яйва), так что предпочёл смотреть в окно. Кизел широко известен в узких кругах как очень депрессивное место: добыча углей Кизелбасса давно прекращена, численность населения сокращается с 1960-х гг., экологическая ситуация аховая. Можно провести аналогию с посёлками Воркутинского кольца, например. От нескольких разных людей в Чусовом мы слышали слово «Кизел» почти как нарицательное («мы превращались в Кизел» — про кризис 2014 года). В этом многострадальном городе сейчас наводят всё ту же похорошелость, что и везде, и здорово отмывают сталинки; однако меня поразило, что в частном секторе почти все дома — непременно покосившиеся.

По пути в Соликамск (Фото – Д. Разумов-Раздолов)	Соляные отвалы и промышленная застройка — первое, что встречает гостей города (Фото – К. Павлов)

Первое впечатление от Соликамска было не очень хорошее: отвалы рудников, старое жильё, непонятный пустырь под названием «Центральный сквер». Зато — благоустроенная набережная, вдоль неё церкви, не в пример более разнообразные общепит и розничная торговля. Постепенно позитив возобладал над негативом, к концу дня Соликамск мне стал определённо нравиться.

Количество наших шуток про соли за время пребывания в Соликамске не поддаётся подсчёту (Фото - М. Балабан)

Очень интересная черта Соликамска — обилие немцев. На доске почёта две фамилии из двенадцати — немецкие; на билбордах с героями СВО, которых в городе полно, то и дело попадаются Шмидт, Карстен и так далее; немецкие фамилии носили некоторые из экспертов, с которыми мы беседовали; кое-где даже мелькают немецкие личные имена (Бруно, Вилли и т. д.). Такой неожиданный этнический колорит — разумеется, дело рук товарища Сталина. В 1941 году тысячи немцев УССР и Поволжья были депортированы в эти места и стали трудармейцами в Усольлаге, составив значительную долю населения. За последующие полвека немецкая диаспора обрусела, пустила корни на Урале, так что в репатриацию подались далеко не все. Одним из моих развлечений в Соликамске было повсюду искать немецкий след, и практически везде я его обязательно находил: на табличках, в списках учащихся, в перечне сотрудников администрации, и так далее, и так далее.

Бруно Владимирович, знали бы ваши дедушки и бабушки, где вы окажетесь… (Фото – М. Балабан)	Выступление священника-баяниста. (Кадр из видео, К. Павлов)

Побросавши вещи, двинулись в администрацию на круглый стол, потом поехали на завод металлических изделий (ЗМИ). Как нетрудно догадаться, там делают металлические изделия, однако не какие попало, а предметы мебели. Здесь мы имеем дело не с многотысячной махиной типа Чусовского металлургического, а с заводиком поменьше, ушедшим от первичного передела и изготавливающим потребительские товары.

ЗМИ расположен в лакуне — низконасыщенной промышленно-торгово-складской зоне между центром Соликамска и северо-западным районом Боровск (ранее — отдельным городом). Таких лакун в разорванном на части Соликамске много: лоскуты городской ткани уже более крупные, чем в Чусовом, но и разрывы между ними посерьёзнее, так что между Боровском и Соликамском имеет смысл перемещаться только на транспорте. За заводами и складами, чуть на восток, притаилась ещё одна жемчужина этого замечательного города — исправительная колония для отбывающих пожизненное заключение «Белый лебедь». Есть в городе и другие учреждения ФСИН. Кстати, на заре истории ЗМИ, в начале нулевых, костяк его персонала составили именно заключённые, проживавшие в колонии-поселении неподалёку, и только впоследствии предприятие перешло к вольнонаёмному труду. Пенитенциарные сюжеты ещё появятся в этом дневнике.

Затем мы с О. долго блуждали в поисках респондентов, но набережную к нашему приходу уже обрабатывали дорогие коллеги, поэтому мы пошли скитаться под солнцем, пока наконец жара не стала спадать и не вышли люди. Меня глубоко впечатлила женщина, у которой дочь уехала жить ни много ни мало в Доминиканскую Республику (ах, как жаль, что я не догадался подробнее её расспросить); вообще биографии пошли более интересные, народ явно более зажиточный, подвижный и насмотренный.

Встретили группу людей, в составе которой шла девушка в толстовке HSE Perm. В первых рядах побежал знакомиться. Выяснилось, что это экспедиция пермской Вышки при участии РГО. Разминулись, но позже вечером встретились ещё раз. Теперь сфотографировались вместе и обменялись контактами.

Под конец дня началось чудное мероприятие — Парад семьи. Наиболее примечательной активностью оказалось выступление священника-баяниста, который, помимо прочего, сыграл (и спел!) «Муравейник» Цоя.

После опроса зашли в