ВЫНУЖДЕННЫЕ МИГРАЦИИ НАКАНУНЕ И ПОСЛЕ РАСПАДА СССР

Галина Витковская

Центр демографии и экологии человека ИНП РАН

1. Процесс возвращения россиян, прежде всего русских, из других союзных республик в Россию начался задолго до распада СССР - из республик Закавказья в 60-е годы, из центральноазиатских республик в конце 60-х - в 70-е годы. В Казахстане впервые отрицательное сальдо миграции зафиксировано в 1968 г., в Киргизстане - в 1970 г., в Таджикистане - в 1975 г., а в Узбекистане - в 1976 г. Ежегодная миграционная убыль населения с момента ее начала до 1989 г. в среднем составляла в Азербайджане до 20 тыс. человек, в Армении до 25 тыс., в Грузии до 10 тыс., в Таджикистане примерно 8 тыс., в Киргизстане - 16 тыс., в Узбекистане - 22 тыс., а среднегодовые миграционные потери Казахстана колебались от 45 до 80 тыс. человек. Отрицательное сальдо миграции практически полностью обеспечивалось за счет оттока некоренных этнических групп.

Однако, это возвращение не носило вынужденного характера. Более благоприятная ситуация на рынках труда России являлась привлекающим фактором миграции, обеспечивала позитивную мотивацию переезда. Не наблюдалось прямого выталкивания. Замещение коренным населением рабочих мест, занимаемых русскоязычными, происходило лишь при их добровольном освобождении (в связи с выходом на пенсию, уходом по семейным причинам и т.п.). Вынужденная же миграция предполагает, с одной стороны, отсутствие позитивной мотивации для переезда, с другой, - такое изменение ситуации, когда становится невозможным дальнейшее нормальное существование, возникает реальная угроза безопасности (физической, этно-культурной, социальной) и отсутствует перспектива нормализации (на протяжении жизни мигрантов и их детей). То есть люди переезжают из резко и безнадежно ухудшившихся условий, в любые, имеющие перспективу нормализации.

2. Первый резкий сдвиг, изменивший характер миграционных потоков и сделавший их вынужденными, произошел еще до распада Союза - в 1989-1990 гг., когда миграционные потери в отдельных республиках Закавказья и Центральной Азии подскочили в 2-2,5 раза. Обычно вынужденные миграционные потоки до конца 1991 г. связывают с взрывами межнациональных конфликтов и лишь с начала 1992 г. начинают отсчет миграций, вызванных распадом Союза. Но сами эти кровавые конфликты (межэтнические в Сумгаите, Нагорном Карабахе, Баку, Фергане, Оше, Узгене, Бишкеке, Нарынской и Таласской областях Киргизии, в Душанбе, а также социально-политические в Алма-Ате, Вильнюсе, Тбилиси и др.) - не что иное, как симптомы начала фактического распада СССР, индикаторы роста сепаратизма, резкого ослабления в республиках роли и влияния Москвы как союзного центра. Тогда же начался и процесс вынужденных миграций, охватывающий как насильственное вытеснение целых этнических групп (например, армян из Азербайджана и турок-месхетинцев из Узбекистана), так и выезд другого нетитульного населения, увидевшего для себя опасности в меняющейся ситуации, почувствовавшего себя игроками на чужом поле, испытавшего острый и нарастающий этнический и социальный дискомфорт.

На этом этапе численность зарегистрированных Госкомтрудом и МВД СССР вынужденных мигрантов в России достигла 117 тыс. человек в первой половине 1990 г., 220 тыс. - на 1 января 1991 г. и более 300 тыс. на начало 1992 г. Другими лидерами приема были Армения (236 тыс.) и Азербайджан (191 тыс.).

3. После Беловежских соглашений произошла институциализация процесса распада. Факторы выталкивания, связанные с этническим дискомфортом, были дополнены институциональными факторами, такими как проблема гражданства, принятие законов о государственных языках, введение границ с их таможенными (с рядом стран) и визовыми (со странами Балтии) барьерами. Одновременно начался процесс реальной дезинтеграции, выразившийся в разрыве информационного и экономического пространства, в изменении внешнеполитических и внешнеэкономических ориентаций новых государств.

4. По регистрации Федеральной миграционной службы РФ, ежегодный приток в Россию вынужденных мигрантов из бывших республик до 1996 г. составлял более 230 тыс. человек, затем начал резко снижаться (см. таблицу). Как показывают наши обследования (в 1992, 1994, 1997 гг.) в странах Центральной Азии, откуда поступает сейчас 86% регистрируемого вынужденного притока, это снижение, к сожалению, не результат адаптации населения или исчезновения выталкивающих факторов. Оно в большей мере результат ограничительной политики приема, проводимой как на федеральном уровне, так и в ряде регионов Центральной России, Поволжья, Северного Кавказа. Получают статус не более 1/4 переселенцев, а в 1994 и 1997 гг. - 1/5 (рис. 1).

По данным наших опросов, по вынуждающим мотивам выезжают от 70% переселенцев из Киргизии до 80% из Казахстана и Узбекистана. К ним мы относим мотивы, связанные с этнической дискриминацией, в том числе на рынках труда, проявлениями бытового национализма, жесткими условиями выбора гражданства, конфронтационными отношениями с политическим режимом и т.д., то есть, с изменениями в положении нетитульного населения, с превращением составляющих его этнических групп, во-первых, в незащищенные национальные меньшинства (этнические мотивы - от 20 до 30% в разных странах) и, во-вторых, в диаспоры (мотивы изоляции, разрыва связей - от 15 до 40%). От 40 до 50% переселенцев обобщенно формулируют эти мотивы как страх за будущее детей и отсутствие перспектив.

Численность вынужденных мигрантов из СНГ и Балтии, получивших статус в течение года (тыс. человек)

Страны выхода	1992	1993	1994	1995	1996	1997
Белоруссия	-	0,02	0,1	0,2	0,1	0,05
Молдавия	10,3	4,3	2,7	2,7	2,5	1,4
Украина	0,02	0,03	1,9	2,3	2,8	2,2
Страны Центральной Азии	69,9	115,2	182,2	197,2	122,5	99,1
Казахстан	0,3	7,7	63,5	88,7	61,8	64,1
Киргизия	0,9	20,1	32,6	17,8	9,0	4,3
Таджикистан	65,4	68,6	24,3	27,0	20,8	12,9
Туркмения	0,05	0,5	2,2	4,6	6,9	4,6
Узбекистан	3,2	18,4	59,6	59,2	23,9	13,3
Страны Закавказья	57,8	112,4	34,6	25,4	16,9	8,3
Азербайджан	0,1	1,9	3,4	1,7	0,8	0,4
Армения	32,9	44,5	13,8	13,0	9,3	4,7
Грузия	24,8	66,1	17,5	10,8	6,9	3,2
Страны Балтии	0,2	5,7	9,9	9,3	7,4	4,6
Латвия	0,06	1,1	2,8	3,2	3,1	2,1
Литва	0,09	4,2	5,9	5,4	3,9	2,2
Эстония	0,04	0,5	1,2	0,7	0,4	0,3
Всего из СНГ и Балтии	138,3	237,9	231,4	237,1	152,2	115,7

5. Снижение притока - это также результат чрезвычайно тяжелых условий приема в России. В притягательных для переселенцев регионах (Поволжском, Уральском, Западно-Сибирском, Центрально-Черноземном, Северо-Кавказском) от 40 до 50% вынуждены ехать в села, хотя 85% вынужденных мигрантов - горожане, а около 65% - из крупных и столичных городов.

Вынужденный приток в Россию из стран СНГ и Балтии, как свершившийся, так и потенциальный, это - молодое (по сравнению с российским населением), образованное и квалифицированное пополнение, которое остается невостребованным. Трудоустроенность вынужденных мигрантов в России резко ухудшается по сравнению с состоянием непосредственно накануне переезда. Среди них, по данным наших опросов (в 1991, 1993, 1997 гг.), почти вдвое уменьшается число имеющих постоянную работу (около 40%), почти втрое увеличивается число занятых сезонно, временно или на разовых подработках (около 25%) и в 6 раз возрастает число тех, кто вообще не имеет работы и не может устроиться (около 20%). Около 40% работают не по специальности, их них значительная часть - на тяжелых и неквалифицированных работах, особенно в селах. Это происходит не только из-за отсутствия вакансий, а и вследствие зависимого положения вынужденных мигрантов, многие из которых работают за жилье или прописку.

Положение переселенцев в России - серьезный сдерживающий фактор их дальнейшего возвращения в Россию, хотя, как показывают опросы, миграционный потенциал в ряде стран, особенно в Казахстане, еще очень значительный. Такого рода сдерживание не связано с улучшением ситуации в большинстве стран оттока. Ситуация этно-культурного и этно-социального дискомфорта в странах выезда дополняется сейчас ухудшением экономического положения, а ситуация в России также резко ухудшилась вследствие последнего серьезного кризиса. Людям приходится выбирать между плохим и худшим. Такое двустороннее сжатие нереализованного потенциала чревато взрывами.